«Как я в белом платье застукала мужа с другой прямо на собственной свадьбе, вытерла слёзы, подала на развод и одна родила лучшего сына на свете»
«Прямо в день свадьбы наставить рога — это не просто подонок, это дно. А она молодец, что не промолчала и не потерпела»
Кристина никогда не думала, что предательство может произойти в самый счастливый день жизни. Но когда она распахнула дверь уборной в ресторане и увидела своего новоиспеченного мужа в объятиях незнакомки, весь мир рухнул в одно мгновение. Белоснежное платье, которое еще час назад символизировало новое начало, теперь казалось саваном прошлых надежд. А маленькая жизнь, которая уже начала расти под ее сердцем, внезапно стала единственной причиной не сдаться окончательно.
Все началось полтора года назад, когда Кристина работала в небольшом придорожном кафе. Место пользовалось популярностью у водителей грузовиков, дачников и других путешественников. Атмосфера заведения располагала к отдыху, а цены радовали кошелек, поэтому посетителей всегда хватало. Девушка снимала скромную квартиру неподалеку от работы — старую однокомнатную в здании советской постройки, но зимой там было уютно и тепло.
Роман с Андреем длился уже около двух лет. Кристина мечтала о законном браке, но молодой человек постоянно откладывал решение этого вопроса. Их отношения становились все более напряженными из-за бесконечных споров о будущем.
— Зачем нам этот штамп, Крис? — раздражался Андрей, когда заходил разговор о свадьбе.
— Я хочу быть твоей настоящей женой, а не просто девушкой, с которой ты живешь! — настаивала Кристина.
Подобные дискуссии повторялись регулярно, и девушка чувствовала, как их союз постепенно трещит по швам. К тому же последнее время ее беспокоили странные недомогания.
В тот роковой день шеф-повар Николай Степанович решил устроить рыбное меню. Аромат жареной рыбы наполнил всю кухню, и Кристина почувствовала резкую тошноту. Когда она взяла поднос с селедкой для четвертого столика, запах так сильно ударил в нос, что девушка едва не потеряла сознание.
— Кристина, что с тобой происходит? — забеспокоилась коллега Алена, подхватывая падающий поднос.
Алена работала в кафе уже три года и была надежным другом. Высокая, с яркими косичками и длинными ногтями, она всегда готова была прийти на помощь.
— Мне очень плохо от этого запаха, — призналась Кристина, выходя из туалета бледная как мел.
— Подозреваю, дорогая, что скоро твоя талия перестанет быть такой узкой, — проницательно заметила Алена. — Беги в аптеку за тестом. Ты уже вторую неделю выглядишь неважно.
Кристина была потрясена предположением подруги, но день выдался слишком загруженным, чтобы отлучиться. Летний сезон был в разгаре, и кафе ломилось от посетителей.
После смены девушки остались вдвоем — третья сотрудница, Лена, рано ушла домой к больному ребенку. Из кухни вышел Николай Степанович с подносом, на котором красовались соленые огурцы и стакан воды с лимоном.
— Держи, это поможет, — сказал повар, взглянув на результат теста, где уже проявились две яркие полоски. — У меня семь детей, я эти признаки за версту вижу. Моя Галина тоже огурцами спасалась при каждой беременности.
Кристина откусила огурец, осознавая неизбежность происходящего. Две четкие полоски не оставляли сомнений.
— Поздравляю! — воскликнула Алена, крепко обнимая подругу. — Я буду крестной твоему малышу!
Девушка чувствовала себя разбитой. Теплый вечер окутывал улицы ароматом цветущих трав, но в голове царил хаос. Ребенок... Как это изменит всю ее жизнь?
Кристина решила сразу сообщить новость родителям. Ее мать и отец обрадовались, тут же поинтересовавшись датой свадьбы. Свекровь выслушала спокойно.
— Кристиночка, милая, я поговорю с сыном, — сказала Валентина Георгиевна. — Ребенок должен появиться в законном браке. Нужно поспешить с церемонией. Я рада будущему внуку или внучке!
Когда Кристина вернулась домой, Андрей уже знал о беременности.
— Добилась своего! Теперь принуждаешь меня к браку через ребенка! — злобно бросил он.
— Ты не рад, что станешь отцом? — тихо спросила девушка.
— Просто счастлив без ума! В эту крохотную квартиру, в наше бедственное положение! Нам по двадцать три года, впереди вся жизнь, а ты взяла и... — Андрей махнул рукой, демонстрируя свое недовольство.
Кристина ушла на кухню и долго сидела с чашкой чая, глядя в окно. Конечно, она хотела замуж, но теперь сомнения терзали ее душу. Женится он только под давлением родителей, квартира действительно тесная, ребенок перевернет всю их жизнь...
— Кто ты, сынок или дочка? — шепнула она, прижимая руки к животу. — Я тебя очень люблю, спасибо, что выбрал меня!
Свадьбу организовывала в основном мать Андрея. Валентина Георгиевна владела процветающим салоном элитных штор и могла себе позволить роскошное торжество. Банкетный зал украшали огромные букеты лилий, а меню было продумано до мелочей. Кристина снова мучилась от токсикоза и могла есть только соленые оливки с лимоном.
Гости веселились, танцевали, пели. Тамада развлекал компанию, родители невесты устало улыбались за столом. Мать Кристины заботливо подкладывала дочери на тарелку паштет и овощи.
— Кристиночка, ешь, пожалуйста. Ты совсем исхудала, под глазами круги. Понимаю, малыш капризничает, но питаться нужно обязательно, — шептала мама, наклоняясь к дочери.
О беременности знали только самые близкие.
Андрей сильно выпил и вел себя неподобающе — танцевал неуклюже, громко смеялся, флиртовал с незнакомыми девушками, словно совсем забыв о невесте. Гости бросали на Кристину сочувствующие взгляды, а в ней нарастала горькая обида.
Молодая женщина выглядела прекрасно в пышном платье цвета слоновой кости. Фата струилась по спине, а в высокой прическе переливались украшения. Свекровь настояла на профессиональном макияже, но красоту оценили только родители.
Кристина вышла на крыльцо подышать свежим воздухом. Солнце клонилось к закату, летний ветерок играл выбившимся локоном. Она пила минеральную воду, и слезы наворачивались на глаза — хотелось, чтобы этот фарс поскорее закончился.
Допив воду, девушка пошла в уборную. Жениха нигде не было видно в зале, но она нашла его в туалете в объятиях какой-то незнакомки. Увиденное не оставляло сомнений — Андрей изменял ей прямо на свадьбе.
Отшатнувшись, Кристина выскочила в коридор. По щекам текли слезы.
— Я думаю, что поспешил с решением жениться на тебе — сказал Андрей
Девушка кивнула. Ей самой такой муж был не нужен. И уж тем более не нужен был такой отец ее будущему ребенку.
Кристина покинула собственную свадьбу, а утром подала на развод. Родственники названивали, пытаясь урезонить, но когда она объяснила причину решения, свекровь сдалась. Родители поддержали дочь безоговорочно.
— Внука вырастим, не переживай. Главное — береги себя! — сказал отец, пока мать всхлипывала рядом.
Кристина вернулась в пустую квартиру — Андрей уже забрал свои вещи. Она долго убиралась, словно стараясь смыть следы прошлого из своей новой жизни.
На тринадцатой неделе врач делала УЗИ.
— Срок подходящий, вот ручки, головка. Мальчик чихает! Развитие нормальное для данного срока... — доктор водила датчиком по животу, намазанному гелем.
Мальчик... Кристина расплакалась от счастья прямо на кушетке. Маленькое сердечко билось быстро и сильно — это был самый прекрасный звук в мире.
Из роддома на выписку приехали родители, подруга Алена и повар Николай Степанович с огромными пакетами домашней еды.
— Держи, Кристиночка, дома все в холодильник поставишь! — приговаривал здоровенный мужчина. — Цветы — это красиво, но сыт ими не будешь. Теперь ты мама, питаться нужно хорошо, чтобы молоко было. Буду вас с Мишенькой навещать...
Дома бабушка и дедушка не могли налюбоваться внуком. Миша был забавный — сморщенный, пухленький, беззубый. Он махал ручками и кряхтел, как маленький старичок.
Андрей больше не появлялся в их жизни. Кристина не стала вписывать отца в документы, и не пожалела — оказалось, что матери-одиночки получают множество пособий. Она спокойно сидела в декрете, получая почти полную зарплату от государства.
В полтора года Мишу отдали в садик, а молодая мама вернулась в любимое кафе. Все это время Николай Степанович действительно снабжал их едой, так что на продукты почти не тратились.
Когда Мише исполнилось два года, Кристина встретила достойного человека. Олег работал дальнобойщиком и часто заходил в их кафе. Дело шло к свадьбе, малыш уже называл его папой.
Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.