«Жила как тень, пахала на огороде бывшей родни, пока не пришло письмо от деда — и все эти свекрови с “Антошами” в один момент вспомнили, кто такая Вера»

«Свекровь держала бывшую невестку за рабочую силу, пока не узнала про “миллион долларов”, — и тут же решила обратно выдать сына, хоть он и с бабой в постели был пойман»

Вера проснулась пораньше в субботу. В выходные дни она ездила за город - на дачу к свекрови. Ехать ужасно не хотелось, но это был единственный способ иметь на зиму овощи, фрукты и маринады. Несмотря на то, что женщина еще год назад развелась с сыном Зинаиды Григорьевны, работать на даче бывшей свекрови она приезжала по-прежнему.

Все 18 лет, пока Вера была в браке, она помогала на садовом участке. Супруг Веры Суриковой - Антон приезжал на дачу только отдыхать, а вот жена вкалывала и в выходные, и в праздники. После развода женщина с облегчением вздохнула, но не тут - то было. Ровно через неделю после развода позвонила Зинаида Григорьевна:

— Вера, ты почему на дачу не приехала? Огород пропалывать кто будет - Папа Карло? – недовольным голосом произнесла свекровь.

— Пусть Антон пропалывает. Я больше никакого отношения к вашей семье не имею. Если Вы помните, мы с вашим сыном вот уже неделю в разводе, — подчеркнула бывшая невестка.

— С ним в разводе, а со мной - нет. Я - то тебе что плохого сделала? Не забывай, у вас с Антошей общий ребенок. Ниночка - моя внучка и это навсегда, — возмутилась свекровь.

— Хорошо. Вы - бабушка Нины, но это никак не означает, что я должна близко общаться с вами, помогать в огороде.

— Кстати, о картошке. Верочка, мы ведь все посадили на две семьи, куда мне столько? Давай - так, милая, ты мне помоги, а урожай весь пополам. И маринады, и варенье. Вон, полный подвал, куда мне столько? Антоша на заработки уезжает. Хочет квартиру купить отдельную, так что я совсем одна остаюсь, – грустно вздохнула свекровь.

— Что же, Антоша раньше на заработки не ехал? Столько лет в однокомнатной прожили, но ему все равно было, — возмутилась женщина, потом задумалась и добавила, — ладно, приеду. Ждите.

В любом другом случае, Вера не стала бы ездить на дачу к бывшей свекрови, но сейчас выбирать не приходилось. Зарплата была невелика, а алименты - и того меньше. Ниночка оканчивает первый курс медицинского университета. Поступила на контракт, а это немалые сумму ежегодно. К тому же, стоимость обучения каждый год увеличивается немного.

Вера откладывала каждую копейку, поэтому запастись на зиму овощами и фруктами с огорода свекрови - было очень заманчивым предложением. Какая - никакая, а экономия. Да и закатки - хорошее подспорье зимой. Так и ездила работать на дачу к Зинаиде Григорьевне - уже второй сезон.

Подруга Веры - Оксана Иглова осуждала за общение со свекровью. Она считала, что Зинаида Григорьевна манипулирует невесткой и пользуется ею, пока самой выгодно:

— Думаешь, она о тебе заботится, переживает? - неоднократно подчеркивала Оксана, — да она использует тебя, а когда не нужна станешь, дверь перед твоим носом закроет.

— Не делай из Зинаиды Григорьевны монстра, — засмеялась Вера.

— Нет, ты не смейся, — продолжала возмущаться подруга, — сама подумай: пока Антон на заработках, его мать здесь одна. Помочь некому, а сама ведь уже не девочка - 66 лет на носу. А когда ее сын вернется, да, возможно, еще и не один? Может быть он женится еще, ты подумала об этом? - Оксана поставила руки в боки.

— Думала, конечно, – вздохнула Вера, — пусть женится на здоровье. Это уже не мое дело.

—Я не об этом, Веруня. Просто, если твой бывший муж вернется в город, купит квартиру и женится, то у Зинаиды Григорьевны появится новая помощница на даче и ты станешь не нужна.

— Ну, это мы еще посмотрим. Может быть свекровь вообще не сойдется характерами со второй женой сына. Ты же знаешь у Зинаиды трудный характер.

— Надеяться на это - глупо, – возразила подруга, – да и не только в этом дело. Свекровь мешает твоей личной жизни. Каждый выходные ты на даче, в праздники и во время отпуска - тоже. Ну, как тут познакомиться с кем-нибудь? Ты можешь пропустить главного мужчину в жизни.

— Никто мне не нужен, Ксюша, хватит. Нажилась вдоволь. Все мужики одинаковые, — с грустью в глазах произнесла женщина.

— Ну, это ты пока так говоришь, время покажет, – успокаивала Веру Оксана, — я вот уже третий раз замужем и после каждого развода думала, что все - больше никогда, но проходит время и вот я снова иду под венец, – засмеялась приятельница.

— Нет, – вздохнула Вера, – в нашей семье все не так. И у бабули, и у мамы был единственный муж.

— Глупости это все, – отмахнулась Оксана.

Споры между подругами возникали часто, но ни к чему определенному они не приводили. Оксана настаивала, чтобы Вера прекратила всяческое общение с семьей бывшего мужа. Вера же продолжала ездить на дачу с целью помочь, и для себя вырастить и собрать урожай.

Вот и сегодня женщина спешила на электричку: поглядывая на часы, хозяйка квартиры собирала вещи в сумку, как вдруг раздался телефонный звонок. Вера схватила трубку и опешила:

— Добрый день. Вера Дмитриевна Емельянова? - по ту стороны трубки прозвучал холодный металлический голос.

— Да. То есть, нет. Емельянова - это моя девичья фамилия, а в браке я поменяла фамилию. Теперь я Сурикова. Но, я уже развелась и планирую снова поменять фамилию. В общем, пока я не Емельянова, но вскоре ею стану, — Вера замолчала и подумала, что, вероятно, запутала собеседника.

— Извините, Вы - Вера Дмитриевна Емельянова? - снова спросил незнакомый мужчина.

— Да, я, – вздохнула Вера. Женщина решила не спорить. В конце - концов, нужно сначала выяснить что нужно человеку, находящемуся по ту сторону трубки.

— Меня зовут Алексей Романович Лежинский. Я адвокат семьи Емельяновых. Ваш дед - Яков Леонидович Емельянов скончался.

— Да Вы что? - вскрикнула Вера, – как жаль. Мне никто ничего не сообщил. Какое горе, трагедия. Совсем молодой ведь еще, – продолжала причитать Вера.

Алексей Романович выдержал паузу и спокойно сказал:

— Вашему дедушке было 93 года.

Вера прикусила губу. О своей родном дедушке по отцовской линии она слышала, но никогда не видела его. Историю семьи Емельяновых Вера хорошо знала, но сейчас просто растерялась. Она уже не надеялась, что родственники отца когда-нибудь дадут знать о себе.

— Извините меня, я сейчас в полной растерянности, вот и ляпнула ерунду, – неожиданно призналась женщина, но адвокат Емельяновых и не думал осуждать Веру, голос его ни капли не изменился:

— Доктор Емельянов внес в завещание свою единственную внучку - Веру Емельянову. Вы можете сейчас приехать в офис по адресу, который я назову? Нужно оформить некоторые документы. Впрочем, если не получился сегодня, то я буду в России еще дней десять.

— Нет, давайте адрес. Я сейчас приеду, – поспешили сказать Вера, которой очень нужны были деньги, даже если это совсем небольшая сумма.

Спустя несколько часов Вера Сурикова вышла из офиса нотариальной конторы и пошла по тротуару не в ту сторону. Метров через двести женщина остановилась, развернулась и пошла обратно. Мысли путались в голове, она никак не могла прийти в себя.

Когда женщина перечитывала, подписывала документы она никак не могла осознать, что все что происходит - правда: она - наследница деда, который много лет жил за границей и ни разу в жизни не видел свою внучку.

Да, безусловно, Вера слушала, что так бывает: живет - живет человек, ни о чем не подозревает, а потом раз и ему на голову сваливаются несметные богатства от какой-нибудь тетушки из Америки или от бабушки из Бразилии, но Вера никогда бы не поверила, что такое могло случиться с ней самой.

Внезапно зазвонил телефон. На экране определился номер свекрови:

— Да, Зинаида Григорьевна, я Вас слушаю, – растерянно произнесла невестка.

— Нет, милая моя, это я тебя слушаю, – возмутилась свекровь, – где тебя носит, Вера? Я же просила приехать пораньше. Рассаду не успеем посадить сегодня. Ты едешь или нет?

— Ой, еду, Зинаида Григорьевна. Вернее, сейчас выезжаю, – пришла в себя женщина и поспешила по тротуару к остановке.

— А ты где вообще? - растерялась мать Антона, которая услышала стук каблуков.

— Я Вам такое расскажу, никогда не поверите. Я сама не могу поверить, хотя все видела собственными глазами, – спешила рассказать Вера.

— Что? Что случилось, Веруня? С Ниночкой все хорошо? Вы здоровы обе? – начала волноваться Зинаида Григорьевна.

— Здоровы, и все у нас хорошо, а теперь будет еще лучше. Ждите. Я скоро приеду и поговорим. Вы обалдеете.

— Давай, Вера, торопись, я теперь думать об этом буду. Приезжай скорее, — поторопила невестку любопытная мать.

Спустя сорок минут Вера уже ехала в электриче и пыталась вспомнить всю историю своих мамы и папы - все, что рассказывала мать, чтобы понять как же так получилось, что дед не общался с внучкой, но как оказалось никогда не забывал о ней, раз оставил наследство.

Отец Веры - Дмитрий Яковлевич Емельянов родился в интеллигентной, довольно обеспеченной семье в 1961 году. Его мать - Ефросиния Михайловна работала главным редактором региональной газеты “Комсомолец”, а отец - Яков Леонидович был, известным в СССР врачом офтальмологом, профессором медицины.

Жили Емельяновы в большом профессорском доме на набережной и имели весь набор обеспеченного человека, обласканного властью - новую Волгу, домработницу, загородную дачу и множественные полезные знакомства. Детство единственного сына профессора - Мити, обещало быть радужным и безоблачным.

Так все и произошло. Учился Митя в школе, куда ходили дети партийной элиты, а в подростковом возрасте к нему намертво прилипло клеймо “золотая молодежь”. Но звание это Дмитрий не носил с гордостью и вместо того, чтобы дружить в детьми партработников и академиков, он гонял мяч с детьми из рабочих окраин.

Познакомила Диму с дворовой шпаной его подруга - Ира Градова, дочь домработницы Емельяновых. Мать Ирины - Татьяна Николаевна была малообразованной женщиной. Приехала она из таежной деревни в город и уже много лет работала в семье профессора Емельянова. Хозяева к домашней работнице очень хорошо относились,

Единственное, что не нравилось Евфросинии Михайловне - дружба ее сына и дочери домработницы.

— Дима, ты мне объясни - я никак не могу понять: что у тебя может быть общего с дочкой кухарки? - скривилась главный редактор, – неужели тебе с ней интересно.

— Да, мама, мне с ней интересно. Более того, я ее люблю, – спокойно ответил сын и откусил огромный кусок яблока.

— Что? – выпучила глаза мать, — ты с ума сошел? Ни о какой любви и речи быть не может. Она не пара тебе.

— Почему? Мама, как ты можешь такое говорить? Ты - коммунист, главный редактор газеты Комсомолец не любишь рабочий класс? - засмеялся сын.

— Нет, я люблю рабочий класс, — растерялась Евфросиния Михайловна, —-просто ты в этом году заканчиваешь школу, тебе нужно готовиться к поступлению. В общем, вовсе не до любви.

— Мама, я не буду поступать в институт сразу после окончания школы. Я решил пойти в армию, — уверенным голосом произнес Дмитрий.

— Чтооо? Яков, — закричала мать, — Яша, иди сюда. Ты слышал, что говорит твой сын? Он сошел с ума. Он собирается служить.

— Мама, ты считаешь, что желание служить Родине равно сумасшествию? Мама, да ты только за последние десять минут наговорила на несколько статей уголовного кодекса, – продолжал издеваться сын.

Впрочем, профессор Емельянов отреагировал на сообщение жены странно. Его не удивило, что сын собирается пойти в армию после школы, да и то, что Дима влюблен в дочь домработницы - тоже оставило профессора безучастным.

В последнее время Яков Леонидович выглядел каким-то растерянным, задумчивым. Очень скоро Емельянов должен был отправиться на симпозиум в одну из стран западной Европы. Профессора достаточно вызывали на беседы в соответствующие органы и много раз намекали, угрожали, вели беседы и в конце - концов сообщили, что за ними будут наблюдать.

— Фрося, если бы ты знала, как это унизительно, – каждый раз после подобных бесед говорил профессор, – меня - человека столь известного в научном мире, имеющего множество званий и наград, ученого, унижают, как мальчишку.

— Что поделаешь, милый, такое время, — вздыхала жена, — не обращай внимание. Они просто выполняют свою работу.

Но доктор Емельянов не мог не обращать внимание на подобные унижения. Он говорил, что очень хочет, чтобы эта поездка быстрее состоялась.

Ничего не подозревающая жена, помогала супругу собираться в поездку, провожала на вокзале и долго стояла на перроне в обнимку. В Москву, откуда Яков Леонидович должен был отправиться на самолете в Европу вместе со своей ассистенткой и группой ученых, Евфросиния Михайловна не поехала. Ей казалось, что лучше расстаться здесь.

В конце - концов через месяц муж приедет обратно. Не такой уж это и большой срок. Да, безусловно, за 20 лет жизни с профессором, его жена ни разу не расставалась с супругом на столь долгое время, но ничего. Переживет. Так успокаивала себя женщина, пока, добиралась домой.

В конце - концов, пока нет супруга, она разберется с теми вопросами, которые долго откладывала, чтобы не беспокоить, не расстраивать мужа. Евфросиния Михайловна решила уволить домработницу и договориться с ней, чтобы она уехала куда-нибудь подальше и увезла дочь. Емельяновой не нравилось увлечение сына дочерью кухарки.

Евфросиния уже все продумала: даст рекомендации Татьяне Николаевне в приличный дом. Они как раз сейчас ищут домработницу, ну а Иринку - дочь домработницы устроит в хороший институт, где у нее есть связи. Дочь Татьяны на год младше Дмитрия. Вот окончит школу, будет учиться в Москве, жить в общежитии. Евфросиния Михайловна считала, что это неплохое предложение за то, чтобы они оставили ее сына в покое.

Дима сейчас уехал на весенних каникулах в дом отдыха вместе с одноклассниками, вот пока его нет, мать и решит вопрос с прислугой. Но то, что произойдет дальше, жена профессора совершенно не ожидала.

Татьяна Николаевна увольнение приняла, но вот никаких рекомендаций и устройства дочери в институт не захотела:

— Вы что же решили, Евфросиния Михайловна - думаете я дочерью своей торговать буду? Ваш сын любит Иринку и она его, тоже. Они сами будут решать и строить свое будущее, а мы с вами влазить не должны, – сказала Татьяна.

Емельянова опешила:

— Что ты сказала? Да как ты смеешь? Выгоню вот и ничего вообще не получите.

— А мне от Вас ничего и не нужно, – ухмыльнулась мать Ирины.

— Ах ты, змея подколодная, решила в семью мою втиснуться, — закричала Евфросиния Михайловна, — вон! вон из дома, деревенщина. Будет твоя Ирка к моему сыну лезть, я тебя посажу. Скажу, что золото в моем доме украла.

— Не беспокойтесь, уйду. Вот вам и дружба, и равенство про которое ваша газета пишет. Стыдно Вам должно быть, Евфросиния, да где уж, – Татьяна Николаевна махнула рукой и пошла собирать вещи.

К тому времени как Дима приехал из лагеря, в доме уже работала другая домработница - молодая, красивая, рослая девица, которая тут же начала строить глазки профессорскому сыну, но он даже не улыбнулся. Поставил сумки и пошел в гостиную:

— Мам, а где Татьяна Николаевна?

— Она уволилась, сынок. Решили с Ирочкой уехать в Москву, – с улыбкой произнесла мать.

— Не может быть, — растерялся парень, — как это решили? как это - уволилась?

— Ну, вот так, сынок. У них своя жизнь, у нас - своя. Иринка думает в будущем году поступать учиться, а Татьяна Николаевна хочет найти работу, где зарплата выше.

— Ты врешь, — закричал Дмитрий, парень был на грани истерики, – зачем ты притащила в дом это чучело? - сын кивнул на новую домработницу, которая с глупой улыбкой на лице стояла в дверях комнаты.

— Не смей так со мной разговаривать, щенок, – строго сказала Евфросиния Михайловна и ударила кулаком по столу, — приедет отец, выпорет, стервеца.

Мать еще что-то кричала, но Дима уже ничего не слышал. Молодой человек бежал по ступенькам вниз, сердце его выскакивало из груди. Во дворе дома он увидел, что мальчишки столпились вокруг его мотоцикла. Емельянов разогнал детвору, запрыгнул на сидение и мотоцикл тут же рванул с места.

Успокоился он только тогда, когда увидел, что его любимая Иринка с матерью на месте. Градовы и не думали никуда уезжать, а по-прежнему жили в комнате барака на окраине города. Когда Татьяна Николаевна рассказала Диме о разговоре с его матерью, парень еще сильнее разозлился:

— Не вернусь домой. Пока отец не приедет - ноги моей в том доме не будет, — парень сжал губы и посмотрел исподлобья куда-то в сторону.

— Ох, Дима, нельзя так с матерью, – вздохнула Татьяна Николаевна, – даже если она не права. Нельзя и все. Она твоя мама и этим все сказано. Но не стоит забывать и того, что она простой человек и тоже имеет право на ошибку. Вот посмотришь, она все поймет, ты только не отворачивайся от нее.

Свою ошибку Евфросиния поняла еще раньше, чем об этом думала Татьяна Николаевна. А произошло это вот как:

После ссоры с матерью, Дима приехал домой, молча собрал вещи в сумку и поехал к своему другу - Сашке Лукашину. Парень жил с бабушкой в том же бараке, что и Ира с матерью. Родителей у Сашки не было, но не смотря на огромную разницу между уровнем жизни Лукашина и Емельянова, ребята были лучшими друзьями.

Евфросиния не слишком переживала, что сын ушел из дома. Она была уверена, что скоро он вернется. Ведь разве можно жить в бараке в одной комнате с несколькими людьми, когда ты всю жизнь жил в хоромах. Кроме того, вот-вот должен был вернуться отец, а это значит, что Дима скоро будет дома.

В назначенный час, профессор не вернулся. Евфросиния ждала мужа на следующий день, ведь мало ли - может быть нелетная погода. Еще когда Яков уезжал, он договорился с женой, чтобы она его не встречала, а ждала дома. Супруга ждала.

Когда наконец-то раздался звонок в дверь, Емельянова поспешила открыть, улыбнулась, но тут же опешила. На пороге стояли несколько мужчин в штатском, но взгляды их говорили о том, что форма у них, все таки, имеется….

Дальше все происходило, словно, в тумане. Высокий, гладко выбритый, мужчина сообщил, что профессор Емельянов не вернулся в СССР. Он попросил политического убежища в недружественной стране. Вместе с ним осталась его ассистентка - Ольга Петровна Мячикова.

Почти сутки Емельянову допрашивали, задавая десятки раз одни и те же вопросы. Затем разыскали Диму. Дальнейшие события отбрасывали семью сбежавшего профессора все дальше. Евфросинию Михайловну уволили, исключили из партии, а ведомственную квартиру у Емельяновых забрали.

Нужно было освободить дом, но куда следует переехать, супруга профессора совершенно не знала. Женщина сидела на полу посреди коробок и чемоданов и пыталась разложить вещи. В этот момент в дверь позвонили. На пороге стояла Татьяна Николаевна Градова - бывшая домработница Емельяновых:

— Дима сказал, что Вы собираетесь переезжать куда-то в деревню? - с порога начала бывшая прислуга.

— Я еще не решила, — задумчиво ответила Евфросиния, — нужно ведь найти работу, а в деревне для меня ее нет. Коров я доить не умею.

— Давайте я Вам помогу собрать вещи и поедем к нам. В нашем доме есть комната, которую можно снять. Десять рублей плюс коммунальные услуги. Дешевле Вы нигде не найдете.

Емельянова с удивлением посмотрела на Татьяну:

— Вы хотите мне помочь после того, как я прогнала Вас и наговорила кучу гадостей?

— А кто же Вам поможет? Что - то я не вижу здесь желающих вам с Димой помочь, – ухмыльнулась Татьяна Николаевна.

— Да, Вы правы, – вздохнула бывший главный редактор, — знаете, все эти дни звоню и подругам, и коллегам, никто не поднимает трубки, — растерянно пожала плечами Емельянова.

— Ну и не звони больше. Поднимайся, Евфросиния Михайловна, соберем вещи и скоро ребята подъедут с Димой и Иринкой.

Переехать помогли друзья Димы - те самые мальчишки с рабочих окраин, с которыми сын профессора дружил с детства. Соседи, тоже, оказались, на удивление, нормальными людьми. Евфросиния представляла себе, что на окраине города в бараке живут только пьяницы да маргиналы, но это оказалось не так.

Через некоторое время хозяйка комнаты, которую арендовали Емельяновы, умерла и удалось добиться, чтобы комнаты досталась Евфросинии и ее сыну, который в то время служил в Афганистане.

Дима поступил так, как и планировал. Вместе со своим другом Сашкой Лукашиным был призван на срочную службу, а когда узнал, что Сашку отправляют “за речку”, то попросился туда вместе с ним.

Лукашин больше не вернулся, а вот Дима Емельянов пришел домой, да только контуженный. Из-за этой контузии парень часто кричал во сне и мучился от головных болей, да только Иринка от него не отказалась, а вышла замуж за своего любимого и в 1983 году родила их единственную дочь Веру.

Электричка остановилась на станции как раз в то время, когда начался проливной дождь. Вера скривилась и смело ступила на перрон. Пассажиры побежали в сторону небольшого вокзального помещения, а Сурикова, словно не замечая дождя, пошла на остановку.

— Ничего себе, да Вы смелая, — вдруг раздался насмешливый голос, позади женщины.

Вера оглянулась и увидела высокого, крепкого мужчину с зонтом.

— Да, смелая. Я вообще ничего не боюсь, — серьезно сказала Вера и вдруг закричала - с левой стороны от женщины сверкнула молния и гром ударил так сильно, что казалось, небо расколется пополам.

Мужчина засмеялся, подошел к незнакомке и накрыл ее зонтом:

— Давайте вместе дойдем до остановки. Куда Вы едете?

— В “Веселые сады”, - все еще испуганно произнесла женщина.

— Так я, тоже, туда, – обрадовался мужчина и тут же представился, — меня зовут Игорь Данилов. Я приехал проведать отца. Он заболел и вот я на электричке ездил за лекарствами и сейчас возвращаюсь. Машина возле остановки припаркована. Давайте я Вас подвезу.

— Вы - сын Василия Ивановича? - обрадовалась Вера.

— Да, – коротко ответила мужчина.

— А я - невестка вашей соседки Зинаиды Григорьевны. Бывшая невестка, – добавила Вера и согласилась доехать до дома свекрови с сыном соседа.

Игорь оказался довольно приятным молодым человеком, а беседовать с ним было одним удовольствием. Новые знакомые обменялись номерами телефонов и договорились созвониться вечером, а возможно и прогуляться, если погода наладится.

— Почему бы, собственно и нет? - подумала Вера, – я разведена, а значит, свободная женщина, Игорь, тоже, не женат.

Когда подъехали к дому свекрови, дождь уже закончился. Игорь открыл дверцы машины и подал руку Вере. Некоторое время мужчина и женщина беседовали возле машины, потом Данилов поцеловал руку Вере Дмитриевне и донес сумку до калитки.

Женщина заметила, что свекровь стоит возле окна на веранде и наблюдает за происходящим. Едва Вера зашла в дом, как Зинаида Григорьевна налетела с распросами:

— Это Василия Ивановича сын что ли? Где это ты с ним встретилась? Он уже несколько дней как приехал из Москвы, ухаживает за стариком. Василий Иванович снова приболел, но ехать в Москву к сыну, категорически отказывается.

— Я знаю, Игорь мне рассказал об этом по дороге, — пожала плечами Вера.

— Ты, Веруня, присмотрись к Данилову. Замечательный мужчина, очень выгодная партия. Он тренер по хоккею в Московской детской школе и не только занимается, но и директорствует там. Представляешь сколько он может зарабатывать? Если выйдешь замуж за Данилова, то и Ниночка сможет в Москве учиться. Перспективы там - ого-го! - не умолкала свекровь.

— Что Вы такое говорите? Я просто десять минут поговорила с человеком и он меня подвез до вашего дома, потому что нам по пути, – вздохнула Вера.

— Ничего и не просто так! Прямо так тебе и подвозят на своих автомобилях мужчины всех подряд, – ухмыльнулась Зинаида Григорьевна, – понравилась ты ему - точно тебе говорю. А Игорь, между прочим, разведен и живет один.

— Откуда Вам это известно?

— Мне его отец рассказал. Жену Игоря Васильевича пригласили не тренерскую работу в Германию четыре года назад. Сама понимаешь, он в Москве, она в Германии, какие могут быть отношения? В общем, спустя некоторое время она встретила Клауса и, как честный человек, призналась во всем мужу. Они развелись. Сын остался с матерью, а Игорь теперь живет один. Я сразу смекнула, что можно тебя и его свести, – подмигнула свекровь.

— Ясно, — вздохнула Вера, — Вы, Зинаида Григорьевна в своем репертуаре.

— А кто же еще о тебе позаботится? – возмутилась мать Антона и добавила, — тем более, Верочка, я не хотела тебе говорить, но тут вот какое дело, — свекровь опустила глаза и молча теребила край фартука.

— Ну, что еще? Говорите, — вздохнула Вера.

— У Антона появилась женщина. В общем, у них там все серьезно. Летом поедут в отпуск на месяц. Я хотела поговорить, чтобы ты в это время сюда не приезжала. Верочка, ты только не обижайся, ладно? А уедут, так ты снова сюда и будет все, как договорились: капусту квасить будем, помидоры, огурцы. Бочки я высушу, а банки Антоша снимет с чердака.

— Значит, так и будем жить: пока их нет, я буду спешить к Вам на помощь, а когда Антон с молодой женой будет приезжать в гости, то…

— Вот я и говорю, Верочка, — перебила невестку свекровь, — надо тебе свою личную жизнь устраивать и Игорь Васильевич - это очень хороший вариант. Я видела как он на тебя смотрел, когда провожал до калитки. Ты ему определенно понравилась. Между прочим, у него квартира в Москве, а машина видела какая? — Зинаида Григорьевна закатила глаза.

— Да я смотрю Вы свахой заделались? - засмеялась невестка, — а в прошлом году, когда за мной пытался ухаживать Толик из седьмого подъезда, Вы были категорически против.

– Хм, Толик, – скривилась свекровь, — скажешь тоже. Сравнила, да и потом, Антоша с Юлией собираются расписаться и в будущем году переедут сюда. Квартиру купят. Сама понимаешь, — опустила глаза Зинаида Григорьевна.

— Понимаю, конечно, — грустно улыбнулась Вера, — понимаю, что со следующего года я Вам уже буду не нужна. Ну, а вдруг новая жена Антона не будет Вам помогать? Мало ли, всякое бывает. Скажет, что не приучена в земле ковыряться или, маникюр не желает портить, как тогда?

— Нет, — обрадовалась свекровь, — я уже спросила. Юленька обожает дачные работы, сад, она же сама из деревни, – сказала Зинаида Григорьевна и тут же замолчала, понимая, что сказала лишнее, — ой, Верочка, прости, прости меня. Что-то я не то говорю. Пойдем-ка лучше обедать, я борщ сварила.

Вера вздохнула и пошла мыть руки. На свекровь она не обижалась, она ведь и так прекрасно понимала, что Зинаида Григорьевна пользуется ее помощью, да и ею самою. Бывшая жена Антона знала, что как только ситуация изменится - вернется Антон, женится, купит здесь квартиру, то Вера уже станет не нужна Зинаиде Григорьевне. Так что без обид. Сурикова и сама пока пользовалась дачей и огородом свекрови.

Во время обеда свекровь вдруг вспомнила, что Вера ей планировала что-то рассказать и как только подала чай, решила поговорить с невесткой:

— Верунь, я тебя совсем заговорила, а ведь ты обещала мне кое-что рассказать, когда приедешь, — осторожно спросила мать Антона.

— А, ерунда, – отмахнулась Вера, – Вам это вряд ли будет интересно. Дела давно минувших дней, которые касаются моего деда по отцовской линии. Профессор, который сбежал из Союза, помните я рассказывала?

— Что-то такое помню. Да, кажется из-за его побега семья твоего отца остались нищими и твоя бабушка по линии мамы приютила их? - вспомнила свекровь, намекая на то, что Вера была бесприданницей, когда Антон на ней женился.

— Да, верно. Они жили в в бараке на рабочих окраинах, — внимательно глядя на свекровь сказала Вера.

— Ну и что же тут говорить? - пожала плечами Зинаида Григорьевна, — дела давно минувших дней.

— Да так, просто. Дед нашелся, – сказала Вера, намазывая на хлеб вишневое варенье.

— О, Господи, – свекровь схватилась за сердце, — надеюсь у него есть кто-нибудь: семья, дети, ну, кто-нибудь, кто будет ухаживать. А то знаешь как бывает: живет человек всю жизнь в свое удовольствие, а на старости лет вдруг обрушивается на головы внуков, правнуков. Вот, мол, я ваш дедушка любимый. Выносите за мной горшок, – сказала свекровь и скривилась.

— Нет, ничего выносить не нужно. Он умер, — с грустью в голосе сказала Вера.

— Слава Богу! То есть, царства небесного и все такое. Отмучился бедный, – свекровь зачем-то перекрестилась и развернула конфету.

— Не такой уж он и бедный, – ухмыльнулась невестка, — дед оставил мне наследство. Я его единственная внучка. Кроме папы у дедушки не было больше детей.

Свекровь застыла с конфетой в руке. Зинаида Григорьевна, не мигая, смотрела на бывшую жену сына:

— И что же он тебе оставил, – еле вымолвила, моментально охрипшая, мать Антона. Затем откашлялась и повторила, — сколько?

— Миллион, — спокойно ответила Вера.

— Ну и хорошо, — уже спокойнее произнесла свекровь, — можно будет эти деньги внести в счет оплаты за учебу, а оставшееся уже легче скопить. Антоша может быть тоже поможет немного.

— Зинаида Григорьевна, миллион не в рублях, — сказала Вера и посмотрела прямо в глаза матери бывшего мужа, — миллион долларов.

— Ой, — вскрикнула Зинаида и подскочина на стуле. Женщина поднялась из-за стола и начала мерить комнату шагами, — не может быть, не может быть, Вера, ты шутишь?

— Нет, не шучу, — бывшая невестка налила еще чаю, — сегодня утром звонил адвокат семьи Емельяновых, я встречалась с ним, поэтому и приехала сюда - на дачу только после обеда. Не забывайте, что мой дед был именитым профессором офтальмологии. Он работал в лучшей клинике и делал уникальные операции. Конечно же, он был богат. Миллион - это не все его состояние.

Дед Яков все оставил своей второй жене - Ольге Петровне. Той самой ассистентке, которая попросила тогда политического убежища вместе с дедом. Кажется это было в 1979 году. Ну а миллион он по завещанию передал мне. Это была его воля и его жена это исполнила, едва прошло полгода после смерти деда.

Я правда, пока, не выяснила, почему он столько лет молчал, если знал о моем существовании, но об этом я поговорю с мамой. Съезжу к ней на следующих выходных. Это даже хорошо, что я Вам больше не нужна на даче. Теперь у меня будет больше времени, чтобы чаще навещать маму и бабушку Фросю.

— Нет, постой, Верочка, как это ты мне больше не нужна? – выпучила глаза свекровь, — очень даже нужна. Да я вообще без тебя не справлюсь. Вера, не вздумай даже. И вообще, нужно еще подумать как распорядиться наследством деда.

— Ну, об этом уж точно не беспокойтесь, — засмеялась Вера и поднялась из-за стола. Телефон женщины вибрировал, он глянула на экран, увидела, что звонит Игорь Данилов и решила отойти подальше, чтобы поговорить с новым знакомым.

Как только Вера отошла от стола, Зинаида Григорьевна тут же набрала номер сына:

— Антоша, привет сынок. Тут такое - умереть не встать! Мне все равно, что ты за рулем, — чуть не закричала мать, — остановись и слушай сюда. Срочно приезжай домой. Ты должен помириться со своей женой, во что бы это ни стало. Уговаривай, умоляй, валяйся в ногах.

— Мам, ты что? Вера поймала меня с другой бабой в постели. Смысл валяться в ногах? Я уже валялся. Она не простит, — с ухмылкой ответил сын.

— Еще раз упади. Да хоть головой об стенку бейся, но чтобы с женой помирился, — строго произнесла Зинаида Григорьевна, – дед - профессор, который бросил ее бабку и сбежал из СССР, оставил Верке миллион долларов, — свекровь не выдержала и заплакала.

— Да, ну! Ты шутишь что ли? – растерялся Антон.

— Да какие тут шутки. Чуть сердце не остановилось. Почему такая несправедливость. Столько лет прожил с ней в нищете, а как только развелись она разбогатела, — мать плакала в трубку, а Антон растерянно молчал, – я еще взяла и сказала ей, что у тебя другая женщина, представляешь?

— Зачем, мама? Кто тебя за язык тянул? – рассердился Антон.

— А как молчать, если Верка на даче каждые выходные то копает, то рассады высаживает, то поливает, а ты ведь с Юлией в отпуск собрался. Как это будет выглядеть, если приедете вы, а Вера здесь грядки окучивает? Вот и сказала ей, чтобы она не приезжала в то время, как ты со своей будущей женой будешь здесь отдыхать.

— Ну, ты, мама! – рассердился сын, — и ты теперь требуешь от меня помириться с ней? Каким образом?

— Антоша, ты позвони, поздравь Верочку с этим событием, поговори, скажи, что соскучился, а дальше видно будет, – да, и добавь еще, что никакой женщины у тебя нет. Мама, мол что-то перепутала, ладно?

— Ладно, — вздохнул бывший супруг Веры и отключил телефон.

Едва только бывшая невестка Зинаиды Григорьевны договорилась с новым знакомым сходить вечером на речку, как телефон снова начал вибрировать. На этот раз на экране определился номер бывшего мужа. Вера широко улыбнулась. Она поняла, что свекровь уже успела поговорить с сыном.

Женщина подняла трубку и на нее сразу же посыпались масса комплиментов, которые она прервала одним предложением:

— Наследство деда принадлежит мне, а ты и твоя мама никакого отношения к нему не имеете! Пошел вон, — спокойно сказала бывшая жена.

Вере сразу стало очень легко. Бывший еще что-то кричал в трубку, что он очень ошибся, что у него нет никакой женщины и он скоро приедет, но бывшая жена его не слушала. Вера отключила телефон и пошла в сторону дома.

На пороге ее встретила Зинаида Григорьевна, которая снова завела разговор о сыне соседа Василия Ивановича Данилова:

— Верушка, я забыла рассказать, какая история приключилась с Даниловыми лет тридцать назад. Иван Васильевич - тот еще ходок. Своей жене - матери Игоря он изменял, наверное, с самого первого дня жизни. Отвратительные слухи о нем ходили.

— Ну и что? Зачем Вы мне это рассказываете? Слухи на то и есть слухи, что они бездоказательные, — усмехнулась женщина.

— Ты не смейся. Нет дыма без огня и просто так люди говорить не будут, — серьезно произнесла свекровь и добавила, — яблоко от яблони недалеко падает. Каков отец, таков и сын. Игорь сам, небось, жене изменял, вот она от него и ушла.

— Это только Ваше предположение, — усмехнулась Вера, а вообще, Вы только час назад активно пытались сватать мне Игоря Данилова. Что же случилось за этот час, что Игорь вдруг стал плохой. Давайте подумаем? - невестка словно издевалась, – ах, да, Вы узнали про наследство моего дела - миллионера.

Свекровь молча смотрела на Веру, она не знала, что ответить, но выпускать из рук такие деньги, Зинаиде Григорьевне уж очень не хотелось. Мать Антона готова была расплакаться, а бывшая невестка развернулась и пошла к калитке. На пути к выходу она крикнула, что идет прогуляться с Игорем Даниловым у реки.

Прогулка была замечательной. Много разговаривали. Игорь рассказывал о своей жизни, а Вера - о себе. Каждый из них понимал, что хочется разговаривать и разговаривать друг с другом. Они никак не могли насытиться этими разговорами. Вера рассказала и о том, что произошло сегодня, начиная с того момента, как ей позвонил адвокат и заканчивая разговором с бывшим мужем и свекровью.

— Ого, Вера, да Вы - богатая наследница. Очень жаль, — грустно сказал мужчина.

— Серьезно? Это почему же? - засмеялась женщина.

— А я только было собрался за Вами поухаживать. Кто же мне теперь поверит, что Вы мне, действительно нравитесь, — расстроенным голосом произнес Игорь, — теперь подумаете, что мне нужно Ваше наследство. Как впрочем и Вашему бывшему мужу, и свекрови.

— Я поверю, – улыбнулась Вера, — верю, что действительно понравилась Вам, – тем более, что никакого миллиона долларов у меня и нет, – пожала плечами Вера.

— То есть, как это? – удивился мужчина, – Вы же только что рассказывали.

— Да, рассказывала, но не рассказала до конца. Мне действительно позвонил адвокат дедушки. Дед, действительно, оставил наследство - фотографии, письма, бабушкина брошь, которую он забрал из шкатулки, когда уезжал. Он еще дома знал, что не вернется. Взял на память. А еще мне передали письмо для бабушки - с раскаянием, с мольбой о прощении. Я читала это письмо.

Яков Леонидович очень жалел всю жизнь о том, что сделал. За границей у него не сложилась жизнь. Молодая жена его ограбила, а в конце жизни сдала в дом престарелых, там он и умер. Всю жизнь дед помнил свою жену и сына. Он хорошо понимал, что он натворил. Знал, что предал. Оставил их из-за молодой любовницы, которая бросила его умирать в нищете.

Я даже не знаю как отдать это письмо бабушке Фросе. Сможет ли она пережить то, что прочтет. Она ведь уже очень старенькая и живет с моей мамой - своей невесткой. Много лет живет. С тех пор, как умер папа. Вот как бывает. Бабушка не любила мою маму, не хотела, чтобы отец женился на ней, а именно моя мама и стала для нее самым дорогим человеком в жизни на склоне лет.

— Вера, а давайте я с Вами поеду к бабушке Фросе? Поговорим с ней сначала, подготовим ее. Мне кажется, что ей очень важно знать, что ее муж раскаялся, помнил ее и сохранил брошь.

— И Вас даже не останавливает то, что я, по прежнему бесприданница?? – улыбнулась Вера.

— Что Вы? Я только рад этому. А то прогнали бы меня, будь Вы миллионершей, – засмеялся Игорь.

— Тогда давайте поедем вместе, да. Мне с Вами даже как-то спокойнее будет.

Мужчина и женщина посмотрели в глаза друг другу. Каждый из них понял, что их история только начинается и были правы! Отношения между Игорем и Верой развивались стремительно. К чему тянуть ?Взрослые ведь люди, а жизнь так коротка. Через полгода поженились. Вера с дочерью переехали жить в Москву и все складывается наилучшим образом.

А вот бывшему мужу и свекрови, Вера так и не призналась, что сказала неправду. Иногда, вспоминая эту историю, Вера не может сдержать смех, представляя как мучается свекровь и бывший муж. Ну, а как же? Миллионершу упустили!