«Мать решила, что её визиты по умолчанию закон, пока сын не показал ей выход»

«Приперлась без звонка с пирогом, а сын выставил незваную царицу за дверь»

Квартира Никиты и Светланы сияла чистотой – пятница, конец рабочей недели, они готовились к долгожданному, спонтанному вечеру для двоих.

Пицца была заказана, новый фильм ждал запуска, а на диване уже лежали мягкие пледы.

Светлана поправила вазу с цветами на журнальном столике, когда в прихожей раздался резкий стук в дверь – не звонок, а именно стук, громкий и нетерпеливый. Никита, доставший пижаму из шкафа, нахмурился.

- Кого это принесло? – пробормотал мужчина, направляясь к двери.

Светлана инстинктивно потянулась к пульту от телевизора, приглушая звук до минимума.

Когда мужчина открыл дверь, то увидел на пороге мать. За ее спиной маячил смущенный отец с огромным, пахнущим свежей выпечкой контейнером.

Лицо Марии Юрьевны было красно от холода и волнения, а глаза сверкали недобрым огнем.

Она не стала входить, а уперла руками в бока, широко расставив локти и приняв классическую позу властной хозяйки положения.

– Вы никуда не собирались, случайно?! – ее резкий и громкий голос прокатился по прихожей. – Мы к вам в гости приехали!

Никита замер, пижама неловко свисала у него из рук. Он взглянул на Светлану, которая медленно подошла к нему.

Ее лицо выражало смесь удивления и нарастающей досады. Они, действительно, никуда не собирались и были одеты по-домашнему – Светлана в старых удобных джоггерах и растянутой кофте, Никита – в футболке и трениках. У двери стояли их кроссовки.

– Мама? Папа? – наконец выдавил из себя Никита, попытавшись собраться с мыслями. – Вы... вы не предупреждали. Мы не ждали...

– Вот именно, что не ждали! – парировала Мария Юрьевна, делая шаг вперед, вынуждая сына отступить.

Ее беглый взгляд скользнул по пижаме в руках Никиты и домашнему виду Светланы.

– Потому и приехали! Проверить, как живут дети. А вы? Собираетесь спать в восемь вечера? – она бросила многозначительный взгляд на Светлану.

Игорь Петрович, неловко переминаясь с ноги на ногу, потряс контейнером в воздухе.

- Машенька, может, зайдем сначала... – начал он тихо, но был тут же остановлен.

– Игорь, молчи! Я разбираюсь! – отрезала Мария Юрьевна, не отрывая взгляда от сына. – Мы на машине через весь город, пирог с капустой только из печи, а вы?!

Светлана, до этого хранившая молчание, почувствовала, как внутри нее все закипает.

– Мария Юрьевна, – начала невестка, стараясь говорить максимально спокойно, хотя ее голос слегка дрожал, – мы очень рады вас видеть. Просто... мы сегодня планировали тихий вечер дома, вдвоем. Очень устали за неделю. Мы не знали, что вы собираетесь приехать.

– Планировали! – фыркнула свекровь. – А о родителях подумать? Мы захотели пообщаться, внуков с вам спросить... – она махнула рукой в сторону их пока что бездетной квартиры. – А вы собрались завалиться кверху пятой точкой? Что на тебе за одежда? Как бомж, честное слово...

– Мам, это просто удобная одежда! Мы собирались смотреть кино и отдыхать! Но вы же могли позвонить... - густо покраснел Никита.

– Звонить, чтобы вы придумали отговорку? – возмутилась Мария Юрьевна. – Нет уж! Настоящие гости приезжают без предупреждения!

Она окончательно вошла в квартиру, снимая сапоги с таким видом, будто вступает на завоеванную территорию.

– Игорь, проходи, ставь пирог на кухню. Раз уж приехали – будем общаться, а вы, – она повернулась к молодым, ее взгляд скользнул по их домашней одежде, – переоденьтесь во что-нибудь приличное. Негоже так при гостях ходить. Быстро!

Игорь Петрович робко прошел на кухню, избегая встречи глазами с сыном и невесткой.

Никита взглянул на Светлану. В ее глазах он прочел усталость, обиду и безмолвный вопрос: "Ну вот, и что теперь делать?"

Звонок в дверь, настойчивый и знакомый, прозвучал как спасительный круг. Пицца.

Никита взглянул на Светлану, увидел в ее глазах ту самую усталость и обиду, смешанные с немым вопросом. Он увидел ее сжатые кулаки и его терпение закончилось.

– Нет, – тихо сказал Никита, но так, что все в прихожей замерли.

Его голос, обычно мягкий, теперь зазвучал твердо и холодно. Он бросил пижаму на ближайший стул.

Мария Юрьевна, уже направившаяся в гостиную, обернулась, брови взлетели к волосам.

– Что "нет"? Что ты сказал, Никита?

– Нет, мы не будем переодеваться и не будем общаться, – мужчина сделал шаг вперед, намеренно встав между матерью и Светланой. – Вы приехали без предупреждения и нарушили наши планы, а теперь еще и командуете в нашем доме.

– Как ты смеешь?! – Мария Юрьевна ахнула, ее лицо побагровело. – Я твоя мать! Мы проехали полгорода!

– И это дает вам право врываться, орать и унижать нас? – голос Никиты повысился, но не сорвался в крик. – Нет, мама, не дает. Мы очень устали. Мы хотели провести вечер вдвоем. Это наш дом. Наши правила. Вы не предупредили – значит, вы незваные гости.

Игорь Петрович вынырнул из кухни, держа в руках контейнер с пирогами.

– Никита, сынок, ну что ты… Машенька, ну успокойтесь все… – залепетал он, мечась между разъяренной женой и уверенным сыном.

– Папа, я прошу вас обоих уйти, – Никита не посмотрел на отца, его взгляд был прикован к матери.

Он подошел к двери и широко ее распахнул. Вечерний воздух ворвался в прихожую.

– Возьмите свой пирог и поезжайте домой. Приезжайте в следующий раз, когда научитесь звонить перед визитом, – строго проговорил он.

Мария Юрьевна с возмущением уставилась на сына, словно видела его впервые.

Гнев в ее глазах сменился сначала полнейшим недоумением, потом ледяной обидой и, наконец, чем-то похожим на страх – страх потерять контроль. Ее губы задрожали.

– Так… Так вот как… – она прошипела, с трудом подбирая слова. – Выгоняешь родную мать?

– Я выгоняю вас обоих, потому что вы не посчитали нужным позвонить перед тем, как приехать, – четко произнес Никита. – И да, Светлана – моя семья. Первостепенно.

– Ну что же! – Мария Юрьевна вскинула голову с гордым, оскорбленным видом. Слезы обиды навернулись ей на глаза, но она смахнула их резким движением. – Запомни это, Никита! Запомни, как ты поступил с матерью! Игорь, забирай пироги! Нам тут явно не рады!

Она судорожно натянула сапоги, не глядя ни на кого. Игорь Петрович, растерянный и виноватый, поспешно сунул контейнер обратно в пакет и потянулся за курткой.

– Сынок… – начал он жалобно, стоя уже в дверях.

– До свидания, папа, – прервал его Никита. – Поезжайте осторожно.

Мария Юрьевна, не попрощавшись, выскочила на лестничную площадку. Игорь Петрович бросил на сына взгляд, последний полный муки, и последовал за ней.

Доставщик пиццы растерянно уставился на выбежавших из квартиры людей. Выждав пару секунд, он снова позвонил в дверь.Никита смело распахнул ее, готовясь увидеть мать и отца и дать им отпор.

– Заказ, – доставщик протянул ему коробку.

– Спасибо, – кивнул Никита и вновь скрылся в квартире.

За его спиной раздался тихий и слегка хриплый голос Светланы.

– Никит… Спасибо...

Он обернулся, сжимая коробку с пиццей в руках. Пожав плечами, мужчина произнес:

– Прости, что так… жестко вышло... По-другому бы мама точно не поняла...

– Не проси прощения, – Светлана покачала головой и слабо улыбнулась. – Это было… необходимо и правильно.

Оба супруга были правы. Мария Юрьевна имела дурную привычку приезжать в гости тогда, когда сама считала нужным.

Последние пару раз она уже буквально доводила до скандала, когда приезжала без предупреждения.

Однако сегодняшний день стал точкой кипения. Никита не смог сдержаться и стиснуть зубы, как это было обычно.

Мария Юрьевна месяц бойкотировала сына, как она считала, и не общалась ни с ним, ни с невесткой.

Мать искренне ждала извинения и раскаяния в своей несдержанности и плохом настроении.

Однако, так ничего и не дождавшись, сама вышла на связь с Никитой и поинтересовалась, могут ли они с отцом заехать в гости.