«Ты же любишь готовить: как мой отпуск превратился в кухонный ад для всей его родни»

«Пять диет, одна кухня и ноль уважения: исповедь женщины, сбежавшей с дачи»

- Лерочка, а что у нас на ужин?

Тетя Галя заглянула на кухню ровно в тот момент, когда я резала лук для третьего блюда за сегодняшний день.

- Только учти, мне нельзя жареного, соленого и вообще... Ты же знаешь, у меня диабет.

- Знаю, - выдохнула я, утирая слезящиеся глаза тыльной стороной ладони.

- И чтобы к семи! У меня режим, - добавила она. - Ах да, племянница моя Катя теперь веган. Учти это, пожалуйста.

Я смотрела на ее удаляющуюся спину, широкую, монументальную, облаченную в цветастый халат, и всякие нехорошие мысли приходили мне в голову…

Семен обещал тихий отпуск на даче.

- Будешь готовить только для души, - говорил он, обнимая меня после тяжелой рабочей недели, - ты же любишь возиться на кухне?

Это дело я и правда любила. Но терпеть не могла, когда меня к чему-либо принуждают.

Увы, вместо обещанного рая я получила кучу мужниной родни.

И у каждого был свой список требований. Дядя Вова ел исключительно мясо, считая все остальное «кроличьей едой». Свекровь требовала супов «как в детстве», при этом она точно знала, что я готовлю «не так».

Двоюродный брат Семена привез жену фитнес-блогершу, которая фотографировала каждую тарелку и вслух считала калории…

Сегодня я встала в пять утра. Но не потому что хотела встречать рассвет с чашкой кофе на террасе, как мечталось. А потому что нужно было приготовить тесто для блинов (для свекрови), сварить овсянку на воде (для фитнес-блогерши), пожарить яичницу с беконом (для дяди Вовы) и приготовить что-нибудь загадочно-веганское для Кати и диабетическое для тети Гали.

К полудню, когда солнце разогрело дачную кухню до состояния финской сауны, я уже валилась с ног от усталости. В голове билась одна мысль: «Это мой отпуск. Мой отпуск… Мой».

- Лер, а что у нас на обед? - Семен заглянул на кухню с таким видом, будто не замечал моего взмокшего лица.

Я посмотрела на него так, что нормальный человек должен был бы что-то понять. Но Семен не был нормальным человеком. Семен был моим мужем.

- Что такое? - безмятежно спросил он.

- Что такое? - вдруг взорвалась я. - Я зашиваюсь, вот что такое! Я кормлю кучу человек в свой законный отпуск, как будто я какой-то шеф-повар, а мне за это платят! Вот что такое!

- Да ладно тебе… - пробормотал несколько обескураженный муж. - Ты же любишь готовить!

Снова эта фраза… Эта проклятая фраза преследовала меня все три дня нашего «отдыха».

Ты же любишь готовить... Звучало это как универсальное оправдание того, что я превратилась в бесплатную прислугу для его многочисленной родни.

Я любила готовить. Любила, когда в субботнее утро неспешно делала сырники для нас двоих. Любила экспериментировать с новыми рецептами, когда была в настроении. Любила удивлять Семена необычными соусами или десертами, но по собственному желанию, а не по разнарядке.

Но здесь, на этой даче, моя любовь к кулинарии превратилась в каторгу. В бесконечный конвейер по производству завтраков, обедов, ужинов и перекусов для людей со взаимоисключающими требованиями.

Вечером, когда я подавала на стол очередной ужин, пять разных блюд, свекровь вздохнула:

- Суп опять не такой. Впрочем, что там. Вот в мое время умели готовить. А сейчас…

А дядя Вова добавил:

- Мясо жестковато. Лерочка, ты бы помариновала его подольше, что ли.

Катя поковыряла немного в тарелке. Потом заявила, что нашла там «что-то животного происхождения», и оскорбленно отодвинула ее от себя. Фитнес-блогерша же прочитала мне очередную лекцию о том, какое количество калорий считается допустимым за ужином.

А Семен… Семен молчал. И тут я решила, что с меня хватит.

Ночью, когда все спали, я собрала свои вещи, а рано утром вызвала такси, написала записку «Готовьте сами» и отправилась домой.

По дороге я представила, как Семен проснется. Как спустится на кухню в ожидании привычного запаха блинов и свежесваренного кофе. Как найдет записку. Как не поверит. Как побежит искать меня по всей даче. Как позвонит, а телефон мой будет на беззвучном режиме…

А потом начнется самое интересное. Тьма голодных ртов. Тетя Галя со своим диабетом. Дядя Вова с его вечным «мясоедством». Свекровь с ее блюдами «как в детстве». Фитнес-блогерша с подсчетом калорий. Катя с ее веганством…

Я как в воду глядела. Когда я подъезжала к дому, телефон взорвался сообщениями. Семен звонил двадцать семь раз. И написал сорок три сообщения:

«Где ты?»

«Это не смешно».

«Лера, прекрати дурить!»

«Тетя Галя в истерике!»

«Как я должен готовить на всех?!»

«Они требуют еду!»

«Я сжег яичницу…»

«Мама сказала, что ты эгоистка!»

«Прости меня…»

«Пожалуйста, вернись, я не справляюсь».

«Они хотят уехать».

«Я понял. Я все понял…»

Я читала и улыбалась. Пусть попарится. А я же… Впервые за все время мне не хотелось готовить даже для себя. И я решила заказать еду в доставке и устроить пир.

На следующий день Семен прислал мне видео. На дачной кухне царил хаос. Грязная посуда громоздилась в раковине и на столе, на плите что-то подгорало. Сам Семен выглядел так, будто пережил апокалипсис.

- Они уехали, - говорил он. - Все. Даже мама. Тетя Галя назвала меня садистом. Дядя Вова обещал больше никогда не приезжать… Лера, я понял. Понял, что ты терпела. Это ад. Это просто ад. Прости меня. Пожалуйста, прости…

Этим же вечером он тоже приехал домой.

- Я пытался сварить суп, - сказал он, когда мы ужинали. - Три раза… Это невозможно. Как ты это делаешь?

- С любовью к процессу, - отозвалась я, - и к результату. Ну и к тем, для кого готовишь.

- Я понял, - кивнул он, - когда тетя Галя в четвертый раз вернула мне тарелку, потому что там было «слишком много масла», хотя я вообще не добавлял масло... Я чуть не заплакал, Лер. Честно.

Он взял мою руку и легонько сжал.

- Ладно уж, приняты твои извинения, - проворчала я, - но, Сема, обещай мне…

- Больше никаких родственников на даче, - тут же подхватил он, - ну, максимум на один день.

- И никаких «ты же любишь готовить»? - сощурилась я.

- Никаких. Только если ты сама захочешь.

Я кивнула. Победа была полной и безоговорочной.

На следующий день я приготовила пасту. Простую, на двоих. Семен ел так, будто это было какое-то изысканное блюдо. То - то же!