«Он называл это любовью, а жил за мой счёт и планировал мою зарплату»
«Как я чуть не вышла замуж за взрослого мужика без денег и стыда»
- Анечка, ты понимаешь, что творишь? - мама поставила чашечку с блюдечком прямо на финансовый отчет. - Тридцать два года! Понимаешь? Трид-цать-два!
Анна смотрела на расплывающееся кофейное пятно на графиках доходности. Вот так всегда и бывает. Приходит мама - и все у нее летит к чертям. Планы, отчеты, душевное равновесие.
- Мам, у меня квартальный отчет через два часа.
- Отчет! - мама всплеснула руками так драматично, что сам Станиславский бы заплакал от зависти. - У Ленки твоей, между прочим, она на два года младше, уже второй ребенок. А у тебя что? Отчет…
Собственно, с Ленкой они как раз вечером и встретились. В том кафе на Петроградской, где официанты произносят слово «круассан» так, будто у них во рту горячая картошка. Ленка выглядела... Ну, как человек с двумя детьми. Замученной, но счастливой. Или счастливой, но замученной, Анна никак не могла определиться.
- Слушай, есть тут один, - Ленка отпила капучино (без кофеина, разумеется). - Артем. Стартапер.
Стартапер. Анна мысленно перевела: это безработный с амбициями.
- Он сейчас как раз в поиске себя.
В поиске, значит. Ага. Чужого кошелька, наверное.
- Лен, мне не надо.
- Аня, ну ты что! Красивый же! И умный. Цитирует классиков.
О боже! Только не классиков. На мужчин, которые их цитируют, у Анны была аллергия. Прямо как от клубники. Только хуже, клубнику-то можно не есть, а классиков они цитируют без спроса.
Но день рождения Ленки - это святое. Пришлось идти.
Квартира Ленки напоминала магазин после землетрясения. Детские игрушки валялись везде, казалось, они размножаются почкованием. Гости сидели кучками, обсуждая ипотеку, школы и «вот раньше было». Анна пристроилась у окна с бокалом просекко (хорошего, надо отдать Ленке должное).
- Не представлюсь, это банально. Вы и так знаете, что я Артем.
Анна обернулась. Ну да, красивый. В том специфическом смысле, в каком хороши манекены, правильные черты, пустые глаза.
- А я не знаю.
- Отлично. Значит, есть о чем поговорить. Вот вы представляете, что сейчас творится в бизнесе?
И он начал болтать без умолка. О своем проекте («революция в доставке еды»), о том, что этот мир создан для тех, кто мыслит нестандартно (Анна еле удержалась, чтобы не фыркнуть), о том, что женщина - это муза, без которой мужчина не может создать ничего великого.
- То есть женщина - это приложение к мужчине? - уточнила Анна.
- Что вы! - Артем картинно возмутился. - Женщина - это... как бы сказать...
Ну вот. Началось.
Но, странное дело, он оказался... не совсем невыносимым. Между цитатами и рассказами о стартапах проскальзывало что-то живое. Он смеялся над собой иногда. Приносил ей просекко. Знал, когда помолчать (редкий дар у мужчин его типа).
Через неделю они пили кофе в «Укропе» (почему все эти места называются как еда?). Через две ужинали в модном ресторане в полуподвале, набитом под завязку. Через месяц Артем остался у нее ночевать.
- У меня временные трудности с жильем, - сообщил он утром, жаря яичницу на ее сковородке.
Временные. Ха-ха.
Сначала у нее дома появилась зубная щетка. Потом его бритва. Потом несколько рубашек, «а то мне неудобно каждый раз домой ездить». Это куда, интересно? Анна так и не выяснила.
- Ань, ты не видела мой ноутбук? - кричал он из спальни.
- Артем, может, ты все-таки найдешь квартиру?
- Зачем? Нам же хорошо вместе. Кстати, можешь посмотреть мою презентацию? Ты же финансист.
Презентация была... Ну, как и все его идеи. Красивые картинки, умные слова, никакой экономики.
- Артем, здесь нет бизнес-модели.
- Бизнес-модель - это для тех, кто мыслит шаблонами.
Мама была в восторге.
- Какой видный! И говорит так красиво! Когда свадьба?
- Мам, мы встречаемся два месяца.
- Я с твоим отцом через месяц расписалась. И ничего, тридцать пять лет прожили.
Конечно, да. Папа все тридцать пять лет просидел на диване с газетой, пока мама крутилась как белка в колесе. Прекрасный пример для подражания, нечего сказать.
Подруги Анны разделились на два лагеря. Оптимистки говорили:
- Раскроется еще, вот увидишь.
Реалистки молчали.
Ленка сияла, как начищенный самовар:
-Я же говорила!
Анна все больше сомневалась, что вообще хочет это продолжать.
А Артем обживался. Теперь у него была половина шкафа («Ань, ну что тебе, жалко?»), рабочий стол у окна («Свет важен для креатива») и ключи («А если ты задержишься на работе?»).
- Знаешь, - сказал он однажды, - твоя квартира слишком далеко от центра.
Ее съемная квартира, которую она арендовала за свои собственные деньги. Оказывается, она слишком далеко.
- Может, нам найти что-то получше? - продолжал он невозмутимо. - Я как раз видел отличный вариант.
Анна посмотрела на него. Он сидел в ее кресле, в ее квартире, планировал переезд.
- На чьи деньги?
- Ну, ты же зарабатываешь неплохо. А когда мой проект выстрелит...
Если вообще это случится. Скорее уж себе в ногу выстрелит.
Кульминация случилась на дне рождения мамы. Вся родня собралась, тетя Люся, дядя Боря с новой (четвертой) женой, двоюродная сестра Катька с выводком детей неопределенного количества.
- Ну что, молодежь? - дядя Боря налил коньяк. - Когда за внуками для матери?
Артем встал. Анна почувствовала, как все внутри сжимается в тугой узел.
- Собственно, я как раз хотел...
Нет. Нет, нет, нет.
Он опустился на одно колено. И достал коробочку (Откуда он ее взял? Как она не заметила?).
- Анна, выходи за меня замуж.
Тетя Люся ахнула. Мама заплакала. Катькины дети захлопали в ладоши, думая, что это представление.
Анна смотрела на кольцо. Небольшое такое, со скромным камнем. Наверное, он последние деньги потратил. Или в кредит взял.
- Да, - услышала она свой голос.
Что еще ей сказать, когда на тебя смотрят столько пар глаз родственников?
Следующие недели были адом. Мама названивала каждый день со списками гостей. Артем выбирал рестораны («Ань, твоя зарплата же позволяет»). Ленка тащила по свадебным салонам.
- Вот это платье - просто космос! Ты же можешь себе позволить!
Анна быстро посчитала, что улетали все ее накопления на первый взнос за квартиру.
Решающий момент настал через неделю. Снова семейный ужин, теперь уже с родителями Артема. Его мама, крашеная блондинка в леопардовом, щебетала без умолку:
- Артемушка у нас такой талантливый! Он обязательно добьется успеха! Просто сыну все время не везло с девушками. Вот Светка его бросила, как только трудности начались. И Марина тоже. Такие эгоистки!
Анна посмотрела на Артема. Он усиленно резал котлету.
- А сколько было... девушек?
- Да что там считать! - махнула рукой будущая свекровь. - Главное, теперь ты есть. Надежная. С квартирой. С работой.
С квартирой. С работой. Прямо как в анкете, есть ли у вас судимость и жилплощадь…
- Кстати, о квартире, - Артем оживился. - Ань, сколько у тебя накоплено? Мы с отцом посчитали, если добавить кредит, можно взять двушку в новостройке. Правда, на выселках, но это пока. Когда мой проект...
- Нет.
Даже дядя Боря перестал жевать свою котлету.
- Что? - Артем улыбался, но глаза были холодные.
- Никакой двушки. Никакого кредита. И никакой свадьбы.
Анна встала из-за стола. Сняла кольцо, оно соскользнуло с пальца легко, будто его и не было. Положила рядом с салатницей.
- Ань, ты что? - мама вскочила. - Тебе лет сколько!
- И что?
- Эгоистка! - выкрикнула мама Артема. - Я так и знала! Все вы, карьеристки, одинаковые!
- Может, мы и одинаковые. Зато со своими собственными деньгами, а не в вечном поиске шеи, на которую можно присесть.
Анна вышла из-за стола, Артем попытался ее удержать.
- Ань, ну что ты? Давай поговорим. Я же тебя люблю!
- Или мою квартиру. Мою зарплату. Мою способность решать твои проблемы.
- Это не так!
- Назови три вещи, которые ты любишь во мне. Кроме того, что я надежная.
- Ну-у-у… - Артем замялся, все было ясно.
Анна ушла. Просто взяла свою сумочку и ушла. Сзади кричала мама что-то про часики, которые тикают. Тетя Люся причитала про какой-то венец безбрачия. Артем молчал, видимо, все еще думал, что можно спасти. Свой проект, разумеется.
Через месяц Анна наконец подписала договор купли-продажи. Теперь Анна была не просто карьеристка, а эгоистка в квадрате с собственной квартирой.