«Когда мать лезет в карманы, а сын в семнадцать лет тащит на себе взрослую жизнь»
«Подозревать собственного сына проще, чем признать, что ты его душишь»
– Откуда у него такие деньги? – испугалась Надежда. – Он что, банк ограбил?
Деньги женщина обнаружила, когда полезла на полку сына вытирать пыль. Тысячных купюр было много. Эти деньги, аккуратно упакованные в конверт, стоявший между двумя книгами, вдруг показались Надежде и в самом деле какими-то… инкассаторскими.
Из кухни доносился голос матери, Клавдия Петровна комментировала очередное ток-шоу. Громко так комментировала, на всю квартиру, будто кто-то ее слушает.
– Вот правильно говорят! – разглагольствовала она. – Распустили детей совсем! В наше время они таких фокусов не выкидывали! Я в шестнадцать лет уже на заводе вкалывала, а эти…
– И опять про завод… – закатила глаза Надежда. – Ну сколько можно про этот завод вспоминать-то? Тридцать лет прошло, а она все про завод да про завод…
Она машинально пересчитала купюры. Раз, два, три... Двадцать пять тысяч. Двадцать пять! И опять у нее в голове забилась паническая мысль:
– Откуда у Артемки такие деньжищи?!
Сын к этому времени уже должен был вернуться из школы. Хотя нет, вероятнее всего, он был на дополнительных занятиях, ЕГЭ же через два месяца! Чтобы оплатить репетиторов, Надежда пожертвовала своей заначкой. А тут вон оно как…
– Откуда… Откуда у него деньги?! – спросила вслух Надежда.
– Мама! – крикнула она, сама не понимая зачем. – Мама, иди сюда быстро!
Клавдия Петровна выплыла из кухни.
– Чего орешь? – спросила она. – Пожар, что ли?
Тут она увидела деньги в руках дочери, и брови ее поползли вверх, а глаза округлились.
– Это что? Премию дали наконец? Так ты ж говорила, что...
– На полке у Артема нашла, – севшим голосом проговорила Надежда.
Мать так и села на Артемкину кровать. Прямо как была, в фартуке, с мокрыми руками.
– Господи! – испуганно прошептала она. – Что же это такое?..
После паузы мать сфокусировала взгляд на Надежде, и голос ее стал другим, сердитым:
– Вот! А я говорила! А я предупреждала! Довоспитывалась! Он связался с дурной компанией, как пить дать! Эти деньги могут быть от чего угодно… Он наверняка запрещенными веществами приторговывает! А может, и пенсионеров обманывает! Или…
Мать сделала еще одну паузу и, понизив голос до трагического шепота, наконец закончила:
– Это вообще могут быть кровавы…
– Да ну, мам, перестань! – поморщилась Надежда. – Даешь ты, однако. Телека своего насмотрелась, теперь тебе мерещится всякое…
– А откуда еще деньги такие? – сощурилась мать. – У честных людей таких денег не бывает! Я тебе говорю, украл или продает что-то! Вот увидишь! Распустила парня совсем! В его возрасте я уже на заводе стояла, в три смены! А он что? Ходит неизвестно где!
Стол Артема был завален учебниками – физика, химия, математика… На стене висело расписание ЕГЭ, красным маркером обведено нужное, какие-то стрелочки нарисованы. Кровать заправлена, это она утром заправила, Артем никогда не заправляет. Хоть убей, не заправит. Сколько они ругались из-за этой кровати!
Надежда открыла ящик стола. Там лежали тетрадки, ручки, калькулятор… Линейка сломанная… А под тетрадями – еще деньги. Господи! Десять тысяч… И блокнот какой-то. Надежда открыла его и, пролистав, нашла странную запись:
«Накоплено всего: 35 т. Цель: 60 т. Осталось: 3 месяца. Март – 10 т. Апрель – 10 т. Май – 5т».
– Что за цель? – снова спросила Надежда. – Что он задумал-то? Может, мотоцикл какой хочет? Или с девушкой куда-то сбежать собрался? Есть у него девушка? Вроде не было... Или была? И откуда он берет деньги?!
Получалось плохо, ничего она про сына не знает, оказывается!
Женщина судорожно набрала номер сына. Послышались длинные гудки, а потом робот сказал ей, что «абонент временно недоступен».
– Выключил… – пробормотала Надежда.
Тогда она написала ему в мессенджер: «Ты где? Срочно домой! Жду объяснений!»
Появилась одна галочка, значит, сообщение не доставлено.
– Точно выключил…
Она села на кровать сына и оглядела так хорошо знакомую ей комнату. На тумбочке стоял стакан с водой, наполовину опустошенный, с отпечатками губ Артема на стекле. И учебник истории с закладкой на середине.
Все как обычно, все нормально… Вот только деньги эти…
И тут она вспомнила, на прошлой неделе Артем что-то пытался сказать ей. Она тогда пришла с работы, уставшая как собака, злая из-за бесконечных придирок начальства. Тут подошел Артем:
– Мам, мне надо с тобой поговорить.
Она только отмахнулась:
– Потом, Тема, не до тебя сейчас. Видишь, я чуть живая?
Он ушел к себе, а она так и не спросила потом, что он хотел…
Послышался звук открывающейся двери. Надежда как ошпаренная выскочила в коридор. Артем стоял в прихожей и стягивал кроссовки.
– Откуда деньги? – сразу спросила Надежда. – Отвечай немедленно!
Артем смутился, отвернулся, его уши моментально покраснели.
– Я заработал, – глухо ответил он.
– Как заработал? – наседала Надежда. – Где заработал? Артем, у тебя ЕГЭ же скоро совсем!
Мать тут как тут, из кухни вылетела, словно торпеда, и заголосила:
– Объясни немедленно! Откуда деньги такие?! Признавайся! Ты воруешь, да? Продаешь краденое? Веществами приторговываешь?!
– Я после школы подрабатываю, – холодно ответил юноша, – я курьер, заказы развожу.
– Что?! – Надежда не верила своим ушам.
Уши заложило, в голове зашумело.
– Ты работаешь курьером?! Артем, да ты что?! У тебя ЕГЭ через два месяца!
– Я пытался тебе объяснить на прошлой неделе, – тихо сказал Артем.
Он смотрел в пол, не поднимая глаз.
– Но ты не захотела слушать. Сказала, что ты устала, тебе не до меня.
Он прошел в свою комнату и сел на кровать. Надежда последовала за ним.
– Значит, так, Артем! – твердо сказала Надежда. – Никаких работ. На первом месте у тебя должна быть учеба! Я что, зря на репетиторов трачусь? Я последнее отдаю, если ты не заметил!
– Слушай, да хватит уже! – вдруг взорвался Артем. – Надоело слышать про учебу! И вот это твое постоянное «да я», «да я для тебя»... Вот достало, реально! Ты только и делаешь, что контролируешь меня! Карманы проверяешь, в телефон мой лезешь! Я задыхаюсь! Понимаешь? Задыхаюсь!
– Неблагодарный! Как ты с матерью разговариваешь?! – взвизгнула тут Клавдия Петровна. – Да мать всю жизнь на тебя положила! Да она…
– Я одна все тяну! – продолжила свое Надежда. – Для тебя же стараюсь! Чтобы ты поступил, чтобы будущее у тебя было! А ты вот как!
– Я не просил тебя ничем ради меня жертвовать! – Артем уже кричал. – Я вообще ничего не просил! Ты стала как бабушка! Точно такая же! Каждый день допросы мне устраиваешь, проверки какие-то… Я даже дышать уже не могу без твоего разрешения!
– Артем… – ахнула Надежда.
– Что? – криво усмехнулся сын. – Неприятно правду слышать, да? Ну извини, сказал как есть. Другой правды у меня для тебя нет.
И он демонстративно уткнулся в телефон.
Надежда, поняв, что ничего не добьется от сына, ушла на кухню. Мать тут же подступила к ней.
– Видала, как разговаривает? Вот я тебя не так растила! Ты хоть слово мне поперек сказала когда-нибудь? Нет! А этот орет, дерзит, хамит! Довоспитывалась! Вот что значит без отца растить!
Надежда молчала. Она вдруг вспомнила семнадцатилетнюю себя. Вспомнила, как мать проверяла ее школьную сумку, звонила ее подругам и даже читала личный дневник.
Вспомнила, как она задыхалась от всего этого контроля и мечтала сбежать. Куда угодно, хоть замуж за первого встречного, хоть на край света… Мать всегда ее критиковала и контролировала, и до замужества, и особенно после развода, когда они с Артемом пришли к ней жить…
И вот теперь она, выходит, сама стала такой же…
Было уже довольно много времени, но она не спала. Сидела на кухне и пила остывший чай. Противный такой, с пленкой сверху… А мать все бубнила свое:
– В наше время дети родителей уважали! А теперь что? Работать он пошел! Тайком! Это ж надо додуматься! От родной матери скрывать такое! Еще что за заказы он доставляет? А вдруг там что-нибудь непристойное?
– Все, мама, хватит, – устало попросила Надежда.
– Хватит… Вот тебе и хватит! Упустила ты его, Надька! Как пить дать упустила!
На пути к своей спальне Надежда вдруг услышала, как Артем тихо говорит с кем-то по телефону. Дверь в его комнату была закрыта неплотно.
– Да, я накоплю, – говорил сын. – К лету точно. Не, она не знает. Да, понимаю… Спасибо за смены дополнительные. Не, в выходные могу весь день.
– С кем он говорит? – подумала женщина. – Что он задумал такое, а? Может, все же девушка появилась, и он хочет на море ее свозить? Или... Господи… А вдруг он уехать собирается? В другой город? Или вообще за границу? Сейчас же все туда рвутся!
Уснула она кое-как. А утром, встав ни свет ни заря, напекла блинчиков. С творогом, как раз как Артем любит. В детстве он готов был их есть и на завтрак, и на обед, и на ужин.
Сейчас он их редко ест, то времени нет у него, то аппетита… Вечно он на бегу, вечно куда-то спешит…
Артем вышел из комнаты уже одетый, с рюкзаком за плечами. На стол даже не взглянул.
– Сынок… – Надежда старалась говорить мягко, ласково. – Сядь-ка. Ну присядь на минуточку, пожалуйста!
– Ты опять будешь кричать, – поморщился Артем.
– Не буду. Честное слово, не буду! Просто объясни, зачем тебе столько денег? С кем ты собрался уезжать?
Артем удивленно посмотрел на нее.
– Чего? Уезжать? Куда уезжать?! Я собирался... – махнул рукой. – Да неважно уже... Все равно не поверишь.
– Что собирался?!
Артем уже надевал куртку, и Надежда выскочила в коридор.
– Бросай работу немедленно! Слышишь? Никакой работы больше! Я запрещаю!
Он ничего не сказал и ушел. Блинчики так и остались нетронутыми. Мать тут же накинулась на них, не пропадать же добру…
На работе Надежда места себе не находила. Улыбалась покупательницам, а сама думала только об Артеме.
– Да что он задумал-то? – ломала она голову.
В обеденный перерыв она заглянула в телефоне в историю браузера, она специально чуть раньше синхронизировала все устройства, чтобы контролировать сына. И нашла. Служба доставки такая-то… адрес офиса такой-то.
Предупредив начальницу, что немного задержится, Надежда поехала к месту работы сына.
Офис курьерской службы ей совсем не понравился. Даже не постучав, она толкнула дверь и решительно вошла… Или, точнее, влетела.
– Вы используете детский труд! – закричала она. – Как вам не стыдно?! Ему ЕГЭ сдавать через два месяца! Ему семнадцать лет всего!
За столом сидел мужчина лет сорока с небольшим.
– А вы… Пардон, вы чья мама будете? – спокойно спросил он.
– Артема С-ва. Ему семнадцать лет! Он школьник!
– Присядьте, пожалуйста, – мужчина указал на стул. – Чай, кофе… Хотите?
– Нет! Не хочу! – сердилась Надежда. – Вы… Вы хоть понимаете, что творите?
Мужчина вздохнул.
– Работать, согласно кодексу, можно с четырнадцати лет. Ваш сын один из лучших наших курьеров. Клиенты очень его хвалят…
– Да мне как-то все равно, что там думают ваши клиенты! – скандалила Надежда. – Он учиться должен! У него экзамены на носу!
– А вы хоть знаете, зачем он копит деньги? – спокойно спросил руководитель.
– Да какая разница?
– Большая разница. Артем хочет снять маленькую квартиру для вас двоих. Он со мной поделился.
– Чего? – спросила после длинной паузы Надежда.
– Он рассказывал, что вы с бабушкой живете. И что бабушка постоянно вас упрекает, давит на вас обоих… Простите, конечно, что говорю об этом… Но парень очень переживает.
Надежда почувствовала, как горят щеки.
– Господи, Артемка все слышал, – пронеслось в голове.
Мать ведь действительно постоянно пилила ее:
– Одна осталась, мужика не удержала, сына распустила, плохая мать...
Уже десять лет прошло с тех пор, как она развелась, и они с сыном переехали жить к ней, но каждый вечер она слышит одно и то же.
– Он копит на залог и на несколько месяцев вперед, – продолжил меж тем руководитель, – к вашему дню рождения хотел успеть накопить. Летом у вас вроде?
Надежда кивнула. Да, в июне. Восемнадцатого числа...
– График он под школу подстроил. В выходные больше берет заказов… – мужчина внимательно посмотрел на нее. – Парень у вас редкий. В семнадцать лет не каждый о матери так думает. Мой в этом возрасте только о девочках думал.
Надежда вспомнила утренний разговор с сыном. «Я собирался…»
Господи, он про квартиру говорил! Он хотел им квартиру снять! А она не поняла, не услышала. Как всегда не услышала…
– Я могу его позвать, – предложил руководитель. – Он сейчас на маршруте, но недалеко. Минут через двадцать будет тут. Звать?
– Нет… – прохрипела Надежда. – Не надо… Спасибо вам. Простите, что накричала.
– Да ничего страшного, – улыбнулся мужчина. – Я бы на вашем месте еще жестче отреагировал… Хороший у вас сын. Правда хороший. Редкий парень.
Выйдя на улицу, Надежда достала телефон и набрала сына.
«Абонент вне зоны действия».
Ну и ладно… Она кое-как доработала остаток дня, а по дороге домой купила любимое лакомство сына, эклеры. Долго думала, чем порадовать его еще, но так и не надумала…
Артем вернулся домой в восемь. Надежда ждала его на кухне, а Клавдия Петровна ушла в гостиную.
– Привет, – тихо сказал Артем.
– Привет, – отозвалась она, – проходи, садись. Я эклеры купила. Твои любимые, с заварным кремом.
Он удивленно посмотрел на нее и послушно сел напротив, но к эклерам не притронулся.
– Я была в твоей службе доставки, – сказала Надежда, – мне все рассказали.
Артем молчал. Только плечами дернул.
– Прости меня, сынок, – тихо сказала Надежда, – я не слышала тебя... Все контролировала, проверяла, а самого главного-то и не заметила.
– Я не хотел, чтобы ты узнала так, – отозвался Артем, – хотел сюрпризом… На день рождения тебе...
Надежда почувствовала, как задрожали губы. Еще чуть-чуть – и расплачется…
– Я думал, если мы съедем, тебе легче будет, – продолжил Артем. – Своя квартира, никто не лезет, не учит жить… Я бы после школы работал, ты бы подработку нашла. Справились бы.
– А ЕГЭ? Поступление? Будущее твое?
– Сдам я этот ЕГЭ, мам. На бюджет поступить постараюсь. А не попаду, на заочное пойду и работать буду. Что тут страшного? Многие так делают…
– Я хотела, чтобы у тебя все было. Образование хорошее, карьера.
– Мама, – Артем наконец взял эклер и откусил, – у меня все будет, не переживай. Но сначала я хочу, чтобы у тебя все было хорошо.
Надежда заплакала в голос. Артем неуклюже обнял ее и погладил по голове.
– Большая ладонь у него, мужская уже, – подумала Надежда.
– Не плачь, мам, – сказал ей сын, – все будет хорошо… Вот увидишь.
Тут в коридоре послышались шаги Клавдии Петровны. Заглянув на кухню, она проворчала:
– Эй, вы чего тут шепчетесь?
Мать и сын переглянулись.
– Мама, – Надежда глубоко вдохнула, – мы с Артемом съезжаем. Сразу после его экзаменов. В июне или в июле.
– Чего? – захлопала ресницами мать. – Как съезжаете? Куда? Совсем уже, что ли? Да на какие деньги?!
– Артем накопил.
– Да вы не в себе оба! – взвизгнула Клавдия Петровна. – Меня одну бросить хотите? Да куда вы без меня? Кто за вами смотреть будет? Кто готовить будет? А убирать?!
– Мама, нам нужно жить отдельно, – спокойно, но твердо ответила Надежда. – Спасибо за все, правда. Ты нам очень помогла. Но… нам пора.
Клавдия Петровна хотела было что-то сказать, да не стала. Она всхлипнула, развернулась и затворилась в гостиной.
Летом Надежда и Артем переехали. Экзамен молодой человек сдал. С Клавдией Петровной оба общаются только по телефону.