«Жена против мамы: как сорокапятилетний мальчик выбирал и проиграл»

«Свекровь в браке: когда муж — лишний взрослый»

Свекровь ворвалась прямо в спальню, где Ирина только что накрыла праздничный завтрак для мужа, впервые за полгода они остались вдвоем после отъезда дочери в другой город.

— Сережа! Сереженька! — Галина Петровна решительно оттеснила с порога невестку и ввалилась в комнату.

Сергей ей не ответил, и она сердито посмотрела на Ирину.

— Где мой сын? — требовательно спросила она. — Почему он трубку не снимает? У меня опять заклинило балконную дверь!

— Он в душе, Галина Петровна, — спокойно ответила Ирина.

— В душе? — свекровь возмущенно фыркнула. — А я тут, значит, с дверью мучаюсь?! Позови его немедленно!

— Может, мастера вызвать? — предложила Ирина. — В выходной день многие работают, найдете кого-нибудь.

— Какого еще мастера?! — Галина Петровна смерила невестку презрительным взглядом. — Зачем мне чужие люди, когда есть сын? Или ты хочешь сказать, что Сережа не должен помогать матери?

Дверь ванной открылась, и на пороге появился Сергей.

— Мама? — удивленно произнес он. — Что за крики? Что случилось?

— Сереженька! — Галина Петровна бросилась к сыну. — Мне дверь опять заклинило! Я же просила тебя еще на прошлой неделе ее посмотреть! А ты все откладываешь и откладываешь!

Ирина наблюдала, как меняется лицо мужа. Еще несколько минут назад он улыбался, предвкушая спокойное утро вдвоем с женой. Теперь же его плечи поникли, взгляд стал виноватым.

— Мам… — пробормотал он. — Ну… мы… как бы… Тебе прям срочно надо, что ли?

— Да, срочно! А что?

— Да просто мы с Ирой сегодня за город хотели поехать отдохнуть…

С каждым словом Сергей становился все виноватее и виноватее. Более того, Ирине вдруг показалось, что он как-то уменьшается, а свекровь, наоборот, увеличивается и нависает над ним.

— За город? — сощурилась Галина Петровна. — Когда у матери такие проблемы? Ну, Сергей, я от тебя такого не ожидала!

— Но мам...

— Никаких «но»! — воскликнула она. — Ты мой единственный сын! Неужели я не могу рассчитывать на твою помощь?

Сергей тихонько вздохнул.

— Хорошо, мам. Дай мне пятнадцать минут, оденусь и приду к тебе.

— Вот и умница! — Галина Петровна прямо-таки расцвела. — Я знала, что мой сыночек никогда меня не бросит в беде.

Когда за Галиной Петровной закрылась дверь, в квартире стало непривычно тихо.

— Ириш, прости, — Сергей подошел к жене и попытался обнять ее. — Ты же понимаешь, я не могу ее бросить. Она одна, ей тяжело…

- Тяжело? - Ирина отстранилась. - Сереж, твоей маме сегодня семьдесят один год, а не девяносто один. Она дееспособна и прекрасно может справиться сама. У нее есть деньги на мастера, есть телефон...

Она посмотрела на поникшего Сергея и усмехнулась:

— Но зачем вызывать специалиста, если можно дернуть сына, правда?

— Ир, ну не надо… Не говори так о моей матери… — попросил Сергей.

— А как мне следует говорить? — невольно повысила голос Ирина. — Как говорить, Сережа, если это повторяется уже третьи выходные подряд? Помнишь, на прошлой неделе у нее труба потекла? А до этого розетка искрила? И каждый раз именно в субботу утром!

— Да просто совпадение, чего ты… — пожал плечами муж.

— Совпадение? — рассмеялась Ирина. — Сережа, да она просто не хочет, чтобы мы оставались вдвоем! С тех пор как Катя уехала учиться, твоя мать словно с цепи сорвалась!

— Ира! — Сергей даже покраснел. — Это моя мать! Я запрещаю тебе так говорить о ней!

— Запрещаешь? — усмехнулась она. — Интере-е-есненько… А что ты мне еще запрещаешь? Может, дышать мне нельзя без разрешения твоей мамочки?

— Не передергивай! — раздраженно отозвался Сергей. — Мама и так не лезет в нашу семью, не учит тебя постоянно, как другие свекрови!

— Вот уж сделала одолжение… — сыронизировала Ирина.

— Так, все! — решительно сказал Сергей. — Я сейчас быстренько к ней смотаюсь, она же рядом живет, за часик управлюсь и…

— Ты не управишься за часик, —покачала головой Ирина, — она просто тебя не отпустит. Сначала дверь, потом окажется, что нужно в магазин съездить. Потом она вспомнит, что давно тебя не кормила борщом. А под вечер у нее обязательно заболит сердце или голова.

— Откуда ты знаешь? — насупился муж.

— Потому что это происходит каждый раз!

Сергей только рукой махнул и пошел одеваться, Ирина последовала за ним.

— Знаешь, — сказала она тихо, — когда мы только поженились, я думала, что твоя забота о матери — это очень даже хорошо. Мне казалось, что ты и обо мне будешь так же заботиться. Но, как оказалось, я ошибалась…

— Ну Ира...

— Нет, дай мне договорить. Я ошибалась, потому что ты не заботливый сын. Ты просто... послушный мальчик. Который в свои сорок пять все еще не может сказать «нет» мамочке.

Сергей резко обернулся, лицо его побагровело.

— Да ты… Ты… Это неправда! — пропыхтел он.

— Нет, правда! Что, не нравится? Да ты посмотри на себя! Ты даже сейчас, ругаясь со мной, поглядываешь на часы! Боишься, что мамочка будет недовольна, если ты опоздаешь?

— Хватит! — рявкнул муж.

— Нет, не хватит! Двадцать лет, Сергей! Двадцать лет я терпела! Думала, ты повзрослеешь. Думала, когда Катька родится, ты поймешь, что у тебя своя семья. Но ты так и остался маменькиным сынком!

— Если тебе так плохо со мной, — Сергей говорил сквозь зубы, — может, стоит с этим что-то делать, а?

— Может, и стоит, — сухо сказала Ирина.

И после паузы добавила:

— Иди. Мама ждет.

Он постоял еще несколько секунд, посмотрел на жену. Потом молча развернулся и мягко закрыл входную дверь.

Ирина подошла к окну и увидела мужа, который спешил к соседнему дому.

— Он даже на работу так не торопится, — уныло подумала она.

Какое-то время назад, когда дочка еще училась в школе, все было иначе. Сергей помнил о том, что у него есть семья, и пытался сопротивляться материнскому натиску. Но стоило Кате уехать, как Галина Петровна активизировалась. Она звонила сыну по несколько раз в день, ее просьбы становились все более абсурдными. А Сергей... Сергей сдавался все быстрее…

Зазвонил телефон, и на экране высветилось имя младшей сестры.

— Привет, сестренка, — голос Любушки звучал свежо и бодро. — Как там ваши «ничего»? Слушай, что-то ты в последнее время пропала совсем.

— Привет, Любаш. Да так... нормально все.

— Ириш, я тебя знаю… И по голосу слышу, что ничего не нормально. Что случилось?

Ирина хотела было отмахнуться, сказать что-нибудь дежурное. Но вместо этого вдруг расплакалась.

— Ирка! Ирочка, что такое? Что произошло?

— Люба... я больше не могу... Сил нет...

— Рассказывай давай! — потребовала сестра.

И Ирина рассказала. Про свекровь, которая методично разрушает их брак. Про мужа, который с каждым днем все больше превращается в безвольного мальчика. Про свою усталость и отчаяние…

— И что ты собираешься делать? — спросила сестра, когда Ирина наконец выговорилась.

— Ох, не знаю… Правда не знаю. Я люблю его, Люб. Или любила? Уже сама не понимаю. Но жить так больше не могу.

— А поговорить нормально? — спросила сестра. — Ну не может же он не…

— Ой, да пыталась я! — воскликнула Ирина. — Сто раз пыталась! Он попросту не слышит. Для него слова матери — истина в последней инстанции. А я... Я у него просто эгоистка, которая не понимает сыновнего долга.

— Сыновний долг, — хмыкнула Любушка. — Интересно, а про долг мужа он помнит?

— Да какой там долг мужа! Знаешь, что меня злит сильнее всего? — продолжила Ирина. — Галина Петровна ни разу не беспомощная старушка! Она здоровая женщина! У нее куча подруг, она в хор ходит, на дачу ездит. Но стоит нам с Сергеем что-то запланировать — тут же случается катастрофа.

— Ну да, ну да… — отозвалась Любушка. — Классика жанра. Стареющая мамаша пытается взять контроль над сыном. Плавали, знаем.

— Да какой еще контроль? — вздохнула Ирина. — Она его давно полностью контролирует! Как-то он мне сказал... Мы собирались в отпуск поехать. Впервые за три года, между прочим... Ну и вот, он заявляет: «Мама сказала, что в Турции сейчас неспокойно. Давай лучше на дачу».

— И поехали?

— Угу.

— О Господи… И ты реально согласилась?

— А что мне оставалось? Скандалить? Я устала скандалить, Люб. Устала ставить ультиматумы, устала доказывать очевидные вещи.

Сестры помолчали.

— Слушай, а может... — начала говорить Люба и вдруг запнулась.

— Что?

— Может, тебе стоит уехать на время? К нам с Мишкой, например. Дать ему возможность подумать, взвесить, решить...

— Если я уеду, он просто переселится к маме. И она будет довольна, наконец-то, избавилась от соперницы, — грустно сказала Ирина.

— Ир, но так же нельзя! Слушай, ну ты подумай пока. Если что, ты знаешь, наша дверь для тебя всегда открыта.

Ирина и сама понимала, что так нельзя. И, попрощавшись с сестрой, все думала об их с Сергеем жизни и о том, что ей следует делать дальше.

С момента ухода Сергея прошло чуть больше трех часов. Ирина подождала еще немного и набрала его номер.

— Да, — голос мужа звучал устало.

— Ты где?

— У мамы еще. Тут дел больше, чем я думал. Дверь починил, но она попросила еще в магазин съездить.

— Ясно.

— Ир, ты не злись. Я правда скоро.

— Нет, это вряд ли, — отозвалась женщина, — потом ты будешь обедать у нее. Она же борщ сварила, да? А потом она попросит тебя помочь какой-нибудь тете Мане или тете Дусе. А потом…

— Ир, ну хватит…

— Хорошо, Сережа. Хватит, значит, хватит.

И Ирина отключилась.

Сергей вернулся только в восемь вечера. Выглядел он не просто уставшим, а совершенно вымотанным.

— У мамы случился приступ, — бесцветно ответил он на незаданный вопрос.

Ирина кивнула и невольно усмехнулась. Это не осталось незамеченным.

— Чего усмехаешься? — нахмурился Сергей.

— Да так, ничего. Приступ случился ровно по расписанию. После ужина, когда ты засобирался домой. Да?

— Ты к чему это клонишь?

— Да ни к чему. Просто констатирую факт, приступы у твоей мамы случаются каждый раз, когда что-то идет не так, как ей хотелось бы. Помнишь, как она в больницу попала, когда мы собрались в Турцию?

— Это совпадение! — воскликнул Сергей.

— Ну конечно, совпадение…

Ирония в голосе жены Сергею совсем не понравилась.

— Ира, это моя мать! — холодно и как-то тяжело сказал он.

— И что? — ощетинилась Ирина. — Это разве дает ей право разрушать нашу семью?

— Она ничего не разрушает!

— Ничего не разрушает? Тогда объясни мне, будь добр, почему каждые наши выходные у нее что-то случается? Почему она считает нормальным врываться в нашу квартиру в субботу утром?

— Ну… Она так привыкла...

— Вот именно! И ты это поощряешь. Потому что тебе удобнее уступить ей, чем разрезать наконец пуповину.

Сергей вдруг смутился.

— Это несправедливо... — пробормотал он.

— Что несправедливо? Сережа, я же не прошу тебя бросить мать. Я прошу тебя быть мужем! — воскликнула Ирина. — Быть хозяином в доме! Быть мужчиной, в конце концов!

— Я мужчина!

— Да? Тогда почему ты позволяешь матери командовать в нашем доме? Почему она решает, куда нам ехать в отпуск, как проводить выходные?

— Она не решает! Она просто советует...

— Советует? — Ирина рассмеялась. — Сережа, она приказывает! И ты подчиняешься. Как мальчик.

— Ну все, хватит! — отмахнулся Сергей. — Я устал, у меня голова болит.

— Вот! — рассмеялась Ирина. — Как только зазвучали неприятные для тебя вещи, у тебя заболела голова. Ну весь в мать!

— Ира…

— Что? Правда глаза колет? — несло Ирину. — Знаешь, Сереж, пока тебя не было, я поняла одну вещь. Все эти годы я боролась с твоей матерью за тебя. А ты... Ты просто стоял в сторонке и ждал, кто победит.

— Это не так...

— Так, Сережа. Именно так. И знаешь что? Я устала бороться. И это, вообще-то, ненормально, ну не должны женщины бороться за мужчину, должно быть наоборот! Везде в природе так! И..

Ирина помедлила немного и решительно договорила:

— И вот что, Сереж. Если ты не видишь во мне женщину, за которую стоит бороться… Что ж. Это твой выбор.

— Ты о чем это? — нахмурился Сергей.

— О том, что у тебя есть выбор, милый. Либо ты остаешься в этой квартире как мой муж, хозяин дома и мужчина, который может принимать решения. Либо идешь жить к маме. Навсегда.

— Ты мне ультиматумы ставишь? Опять «или она, или я», да? — сухо рассмеялся Сергей.

— Да называй как хочешь. Но решать тебе придется. Потому что я больше не буду третьей лишней в собственном браке.

Сергей прошел к книжному стеллажу, пробежал пальцами по корешкам и повернулся к жене.

— Мы столько лет с тобой вместе, Ира… — с тихой грустью сказал он. — И ты вот готова все перечеркнуть?

— Я ничего не перечеркиваю, — отозвалась она. — Я прошу тебя сделать выбор. Быть мужем или остаться сыном.

— А если я хочу быть и мужем, и сыном?

— Ты уже пробовал, — тихо сказала Ирина, — не получилось, к сожалению.

— Почему это не получилось? — вспыхнул он. — По-моему, все прекрасно получается.

— Ну, если тебя все устраивает, то я умываю руки, — ответила Ирина. — Просто знаешь, Сереж, я реально устала от того, что в нашей семье правит бал твоя мать.

— А может, ты просто ревнуешь? — усмехнулся Сергей. — Не можешь смириться с тем, что я люблю свою мать?

— Любить мать — это нормально. Но позволять ей контролировать каждый твой шаг в твоем возрасте — это самый настоящий инфантилизм.

— Да как ты смеешь?!

— А что такое? — улыбнулась Ирина. — Сережа, ну вот ответь честно, ты можешь принять хоть одно решение без ее одобрения? Хоть одно?

Он молчал.

— Вот и все, — Ирина встала. — Я дала тебе выбор. Решай. Но знай, если уйдешь сейчас, обратно я тебя не приму.

— Ты серьезно?

— Абсолютно. Мне сорок три года, Сережа. И я не собираюсь провести остаток жизни, борясь за внимание собственного мужа с его мамой.

— Ира, одумайся! Мы же не чужие люди!

— Вот именно… — вздохнула женщина. — Не чужие… Поэтому-то так и больно. Поэтому я и прошу — определись.

Сергей в волнении вышагивал по гостиной и делал то, что всегда раздражало Ирину — хрустел пальцами. Наконец остановившись, он выпалил:

— Нельзя так ставить вопрос!

— Почему нельзя? Можно. И нужно. Потому что твоя мать никогда не смирится с тем, что у тебя есть семья. И если ты не готов это признать, тогда иди к ней.

Сергей постоял еще немного, а потом… достал из шкафа сумку, побросал туда свои вещи и направился к двери.

— Ну вот и все, — с горечью подумала Ирина.

Где-то на задворках сознания бились мысли «а может, не надо было» и «а может, не стоило». Но женщина строго одернула себя.

— Нет, надо. Стоило! — подумала она. — Более того, это надо было сделать еще двадцать лет назад, до ЗАГСа!

С этих пор прошла неделя. Сергей не появлялся и не звонил, Ирина тоже не звонила ему, не искала встречи.

Зато звонила Галина Петровна. По несколько раз в день. Ирина сначала не брала трубку, но потом все-таки решила поговорить со свекровью.

— Если уж ставить точки над «i», то ставить до конца, — подумала она и в обеденный перерыв ответила на очередной звонок.

— Ира! Наконец-то! — послышался в трубке голос свекрови. — Ты чего это удумала, а? Что это такое?!

— А что такое, Галина Петровна? Что случилось?

— Что случилось?! — загремела свекровь. — И ты еще спрашиваешь?! Сережа уже неделю у меня живет! Измучился весь, исстрадался!

— Ну… он сделал свой выбор, — ответила Ирина. — Вы отвоевали его, чего вы сейчас-то хотите?

— Чего хочу? — в голосе свекрови послышался яд. — Я хочу сообщить тебе, что Сережа подал на развод!

— Опаньки… — подумала Ирина. Это действительно было неожиданно.

— Ну что ж, это его право, — спокойно ответила она.

— Да, его право! — насмешливо отозвалась свекровь. — И знай, дорогая, он заберет квартиру! И все заберет! И останешься ты ни с чем!

— Посмотрим, — сказала Ирина.

— И смотреть тут нечего!

Выступив, свекровь отключилась.

Вечером позвонила сестра, и Ирина сказала ей, что Сергей надумал разводиться.

— Ну вот и отлично! — обрадовалась Любушка.

— Что тут отличного-то?

— А то, что ты теперь свободна! — воскликнула сестра. — Понимаешь? Сво-бод-на! Больше никакой Галины Петровны, никаких испорченных выходных, никаких сорванных планов!

— И никакого мужа…

— Да какой он тебе муж? — хмыкнула Любушка. — Маменькин сынок! Ир, поверь мне, ты ничего не потеряла.

— Двадцать лет жизни потеряла…

— Нет. Ты получила опыт. И это дорогого стоит.

Прошла еще неделя. Сергей не приходил и не звонил, а Ирина готовилась к разводу. Квартира перешла ей по наследству от родителей, поэтому на этот счет она даже не переживала. Но зато общими у них с Сергеем были машина и дача…

Как-то вечером прощебетал дверной звонок.

Ирина удивилась, она никого не ждала, но к двери подошла и посмотрела в глазок. За дверью стоял… Сергей.

Ирина открыла, но когда муж хотел войти, загородила ему проход.

— Что такое, Сережа? — спокойно спросила она.

— Я… Я вернулся… — пробормотал он.

— Зачем?

— Может, все же впустишь? — спросил Сергей. — Не хочу, чтобы все соседи были в курсе нашей с тобой ситуации.

— Сережа, да весь двор уже в курсе! — усмехнулась Ирина. — Ну ладно, заходи.

Сергей прошел в гостиную и неуверенно остановился посреди комнаты, словно не решаясь сесть.

— Ну? — начала Ирина. — Так зачем ты вернулся-то?

— Ир... я... — он запнулся и провел ладонью по лицу. — Я больше не могу.

— Что не можешь?

— Жить с мамой. Она... Она меня достала. Требованиями, капризами… Приступами своими бесконечными…

— Да ну?

— Ну да… — Сергей опустил голову.

Он выглядел как нашкодивший и боящийся наказания школьник.

— Я понял... Ну, понял, что был неправ. Мама... — он тяжело вздохнул. — Она… действительно перегибает палку. И требует слишком много внимания.

— И?

— И я должен был тебя защищать… Быть на твоей стороне.

— Должен был. Но не был. И не будешь, — тихо припечатала его Ирина. — А знаешь почему, Сереж? Потому что люди не меняются.

— Это неправда! — подхватился он. — Я, например, изменился!

— Да? — удивилась Ирина. —Ты вдруг стал самостоятельным? Научился ей отказывать?

Он молчал.

— Вот видишь… — покачала головой Ирина. — Ничего не изменилось. Ты не изменился, а просто устал от ее постоянного контроля. Но как только ты вернешься ко мне, все начнется снова.

— Нет! Я ей скажу...

— Скажешь? А еще не сказал?

Он снова потупился.

— Сережа, а ты вообще в курсе, что мы с тобой разводимся? — спросила Ирина.

Сергей недоуменно посмотрел на нее.

— Разводимся? Мы с тобой? Почему?!

— Потому что мама твоя так сказала, — улыбнулась женщина.

— Мама? — тупо переспросил он. — А при чем тут она?

— Она позвонила мне и сказала, что ты подал на развод.

Сергей вскочил.

— Я не подавал! — закричал он, да так сильно, что зазвенели рожки в люстре. — Это… Это же дичь какая-то, Ира!

— Почему же? — спокойно ответила Ирина. — Никакая не дичь. Все нормально…

— Ненормально!

— Логично…

— Нелогично!

— И правильно, — закончила Ирина, — не подавал, говоришь, на развод?

— Я… не…

— Тогда я подам.

— Ира… ну зачем ты так? Я же… — бормотал он.

— Все, Сережа, — устало сказала она, — все. Иди к маме. Ты у меня уже целых пять минут торчишь. Вдруг у нее приступ случится?

Развели их быстро. Квартира осталась за Ириной. Машину и дачу они продали и поделили деньги пополам.

Сергей переехал жить в другой район, а с бывшей свекровью Ирина нередко пересекается то в магазине, то еще где-то. Обе женщины делают вид, что они незнакомы…