«Лицемерная кровососка, прикрывающая жадность фальшивыми болезнями»
«Паразит с жалкими слезами и курортными аппетитами»
Телефон зазвонил в тот момент, когда Света наконец-то села ужинать. Один. Опять один. На экране высветилось имя Галина Петровна.
— Светочка, дорогая, как дела? Максим хорошо учится?
— Здравствуйте, Галина Петровна. С Максимом все отлично.
— Слушай, мне так неловко, но врач прописал дорогущие таблетки. А пенсия, понимаешь... Три тысячи нужно всего.
Света отложила вилку. Два года назад эта женщина при разводе сказала Андрею: «Наконец-то избавимся от этой привереды». Теперь просила денег.
— Хорошо, переведу.
— Ах, какая понимающая! Не то что некоторые молодые жены — только тратить умеют.
За месяц свекровь звонила четыре раза. Анализы, консультации, лекарства. Суммы росли — пять тысяч, семь, десять. Света платила и чувствовала себя идиоткой, но отказать боялась. Вдруг Галина Петровна настроит Максима против нее?
— Максим вчера так волновался за мое здоровье, — всхлипывала свекровь. — Я ему ничего не говорю, зачем ребенка расстраивать?
— Конечно, не стоит.
— Ты такая заботливая, Светочка. Жалко, что не все в семье такие...
Света понимала намек на Аню и молчала.
В пятницу вечером Галина Петровна рыдала в трубку:
— Светочка, беда! Врач сказал — состояние критическое, нужна срочная операция! А потом обязательно восстановление, санаторий, иначе до весны не доживу!
У Светы перехватило дыхание:
— Что конкретно случилось?
— Сердце, сосуды совсем плохие... Сто двадцать тысяч нужно. Понимаю, деньги огромные, но ведь я Максиму еще нужна!
— А Андрей?
— У них ипотека, Аня сидит дома. А ты работаешь, зарплата стабильная...
Света закрыла глаза. Сто двадцать тысяч. Кредит под восемнадцать процентов.
— Хорошо, Галина Петровна. Завтра утром приезжайте за деньгами.
Свекровь приехала на такси — это показалось странным. Если экономишь на лекарствах, зачем тратишься на такси?
— Светочка, ты буквально жизнь спасла! Завтра ложусь в больницу.
— Берегите себя.
— Максиму пока ничего не говори, не хочу его пугать раньше времени.
Три недели тишины. Света выплачивала кредит и думала о свекрови. В субботу решила навестить сына — купила торт «Наполеон», его любимый.
Андрея не было, Аня встретила приветливо:
— Проходите, Света! Максим дома.
Сын выскочил с телефоном, лицо светилось от восторга:
— Мам, смотри какие фотки! Бабуля из Турции прислала!
Света похолодела:
— Из Турции?
— Ну да! Врач сказал, что морской климат — лучшее восстановление. Смотри, какая она счастливая!
На экране — загорелая Галина Петровна в ярком купальнике с бокалом в руке. Потом еще снимки — у бассейна, в ресторане, на экскурсии. Везде сияющая улыбка.
— А операция? — спросила Света тихо.
— Какая операция? — удивился Максим. — Врач в последний момент сказал, что можно обойтись профилактикой. Повезло ей!
Аня подошла ближе, заглянула в телефон и нахмурилась:
— А откуда у бабушки деньги на такой отдых?
В прихожей загремели ключи. Вернулись Андрей и сама героиня — загорелая, помолодевшая, в новом платье.
— О, Светочка! — Галина Петровна расплылась в улыбке. — Какая встреча!
— Здравствуйте. Хорошо отдохнули?
— Божественно! Морской климат творит чудеса, я как заново родилась!
Аня смотрела на свекровь с недоумением:
— А на какие деньги, бабушка? Вы же жаловались на пенсию...
Галина Петровна замялась, но тут же наклонилась к Свете:
— Светочка, мне врач еще один курс посоветовал. Говорит, результат нужно закрепить, иначе все насмарку. Санаторий в Крыму, семьдесят тысяч...
Аня ахнула:
— Семьдесят тысяч?! Откуда такие деньги?
— Ну... Светочка поможет, — свекровь смутилась. — У нее зарплата хорошая...
Аня медленно повернулась к Свете, в глазах появилось понимание:
— Это вы оплачивали бабушкин «санаторий»?
Света встала. Руки дрожали, но голос звучал твердо:
— Я умываю руки! Два года я в разводе с вашим сыном — пусть теперь помогает его нынешняя жена!
Галина Петровна побледнела под загаром. Андрей опустил голову. Аня смотрела на свекровь взглядом человека, который понял, во что ввязался.
— Мама... — растерянно начал Максим.
Света обняла сына:
— Я тебя очень люблю. Увидимся в следующие выходные.
У двери обернулась. Аня все еще смотрела на Галину Петровну, а та судорожно перебирала в руках новую сумочку.